Беспокойное лето

— Нужная капелька в бокал ему, нужная травка ей, и вуаля, крепкий союз… месяцев на восемь, если она не совсем дура, то этого времени ей хватит, чтобы отжать у него половину состояния. Вот, как-то так.

— И все это ты сделала чтобы подгадить мне? — Я сжал зубы от злости, сейчас у меня были двоякие чувства, с одной стороны, я понимал, что на самом то деле, так лучше, Аленка уедет из Караваева, от алкаша братца, заживет сыто и богато, а с другой, она только что увела мою девчонку. Мою! О том, что, между нами, ничего нет, даже Василиса не знала.

— Ну да. — Она грустно пожала плечами. — Я же ведьма, а ты мне соли на задницу, а это унизительно.

— В следующий раз, я тебе в эту задницу…

— Только если Василиса прикажет, и то, это должна быть награда за какой-то очень серьезный поступок. — Она очаровательно улыбнулась мне и отошла, вокруг нее тут же принялись виться кавалеры всех возрастов и достатков, я же взял с подноса фужер с шампанским и залпом его осушил, если трезво рассудить, то Злата сделал мне одолжение, поэтому сильно на нее сердиться я не стану. А Алена, да что Алена, совет да любовь, все лучше, чем в подвале шмотками торговать.

Глава 20

— Скучно тут. — Сообщил мне леший, подходя и беря со стола сразу горсть канапе, — Хотя кормят вроде вкусно, только вот палки эти острые, жуются плохо.

— Фрол Кощеевич, и Вы тут, как я рад Вас видеть. — Встретив знакомого, да еще и приятного мне человека, я приободрился.

— Конечно тут, где ж мне еще быть! Корпоратив, он дело обязательное, только скучно тут. С монстрами веселее.

— С какими еще монстрами? — Не понял я.

— А вот с такими. Тут же весь свет, кто поприличнее, все деловые, да красивые, а те, кто не очень получился, там гуляют! — Он указал на пол. — А я значится и не там, и не тут, вот и мотаюсь.

— Фрол Кощеевич, а мне можно туда? Ну к монстрам. — Взмолился я. — А то сил нет, такая тягомотина.

— Так пошли, кто тебя тут держит. — Леший махнул рукой, и я последовал за ним. Лестница привела нас на минус второй этаж, только вот тут были не коридоры и комнаты, а здоровенный зал, заставленный столами, за которыми сидели иногда совсем уж жуткие существа.

— Димка! — Полина Рысева, пьянющая, еще секунду назад отплясывавшая на столе дикий танец, спрыгнула с него, повисла на моей шее и под одобрительный рев толпы, запечатлела мне в губы смачный такой поцелуй.