Ссыльные лекари

Вся дорога заняла не так много времени, но когда мы остановились перед двухэтажным домом, богато украшенным вычурными резными элементами, основательно запыхалась и устала вертеть головой, запоминая маршрут. Сомневаюсь, что меня проводят обратно до моего крыльца, а блуждать по незнакомому селению было как-то страшновато.

То, что перед нами дом старосты стало сразу ясно не только по более богатому внешнему виду здания, но и большой придомовой территории, представляющей собой роскошный сад с плодовыми деревьями и даже небольшим прудиком, разместившемуся чуть сбоку. Представляю, как тут красиво во время цветения!

Староста потопал на крыльце, сбивая островки прилипшего к сапогам снега. – Рона!

Мужчина гаркнул так громко, что я едва не свалилась с крыльца от неожиданности. Не прошло и минуты, как дверь распахнулась, впуская нас вперёд. Староста прошёл почти до середины сеней и остановился, ожидая пока за нами закроют. Потом женщина шустро подскочила к нему и начала расстёгивать шубу, которую тут же сняла и отошла в сторону, чтобы отряхнуть. Не понимая, как мне следует себя вести дальше, на всякий случай сняла свою шубу и повесила на полусогнутую руку.

– Лекарка наша новая. Собери ей еды, – бросил староста, переступая через порог.

Рона зашла последней и, пристроив шубу хозяина дома, тут же исчезла, прошмыгнув в боковую дверь. Пока я топталась на пороге, староста протопал до массивного стола и занял место во главе. – Сейчас жена вынесет чего-нибудь. Но и ты поблагодарить не забудь за гостеприимство: зимой лишних продуктов, как понимаешь, нет. Самим бы как-нибудь до лета дотянуть.

Я посмотрела на окружающую обстановку и сразу поняла, как сильно в этом доме «голодают» и, возможно, даже «нищенствуют». Даже стало жаль бедняжек, которых вынуждена была «объесть». Вскоре Рона вернулась и, поставив на стол небольшую корзинку, встала за стулом мужа.

– Вот. Плетёнку потом вернёшь. Как говорится, чем богаты, тем и рады, – Сортон указал рукой перед собой, правда, не забыв при этом потереть большой палец об указательный. Я вытащила из кармана монету и положила на стол, заглядывая в корзинку. Небольшой кувшин молока, три картофелины, половинка каравая, четвертушка сырной головки и всё. Щедро,очень щедро. Я натянула на плечи шубу и взяла корзинку в левую руку.

Не знаю, какие тут цены, но алчный взгляд старосты, едва серебряный кругляшок лёг на выскобленное дерево, от меня не укрылся.

– Окстись, девонька, какая сдача? Продукты нынче дороги...