Ожившая легенда

Я вглядывалась вглубь, пытаясь уловить и различить хоть что-нибудь, но тщетно.

В комнате зажегся светлячок, очертив крохотный круг над Яном. Сам Ян стоял с закрытыми глазами и вел отчаянную борьбу с самим собой. И ведь я могла бы остановить гидру, попросить ее быть помягче, но тогда бы это не дало брату шанса доказать, что он главный, что он сильнее. А с животными иначе нельзя, они признают только настоящего лидера. И я знала, что ментальные щиты Яна сейчас сминаются под мощнейшим натиском существа, для которого иллюзии и галлюцинации — это столь же естественно, как для других воздух. Гидра живет среди них, раскрашивая пески пустыни красками и наполняя безжизненные барханы существами из своих фантазий. Полностью раскрыв эмпатическое восприятие, я внимательно следила за состоянием брата, стараясь уловить малейшие признаки потери контроля. Но Ян держался. По его лицу катился пот. Или это слезы? Трудно не вмешаться, остаться в стороне, когда стоящий рядом родной брат испытывает практически физическую боль.

Но тут Ян открыл глаза, на удивление ясные, хоть и слезящиеся. А потом сделал шаг, за ним следующий. Сначала тяжело, словно через толщу воды, а потом уверенно подошел туда, где находилась гидра, и остановился, позволяя ей привыкнуть к себе."

"И тьма отступила. Скаталась в клубки и забилась в углы. В террариуме появились сначала силуэты, а потом и сама гидра. Поползень вылез из своей норы, как загипнотизированный, замерев перед Яном. Даже ушан, сидевший тут же, припрыгал и замер, сразу же сливаясь с окружающей обстановкой.

— Вы подружитесь, — констатировала я, встав рядом.

И пусть мой младшенький плохо разбирался в шахтах и сделках, щиты он держать умел.

Ян победно улыбнулся, стараясь не показывать, как тяжело далось ему это испытание. А я подыграла, будто не догадалась и не заметила. У меня когда-то не получилось справиться с первого раза с наведенными образами…

— Итак, это старушка Зара, Зара — это мой брат Ян, тебе придется потерпеть его месяц. Это будет непросто, но ты уж постарайся, — представила их друг другу. И надеюсь, Зара терпеливее меня, я бы месяц братишку не выдержала…

— Старушка? — брат окинул гидру изумленным взглядом. — Подумать страшно, на что она была способна по молодости.

— Да ну, брось, — я любовно провела по длинной золотистой шее. — Гидры чем старше, тем сильнее. Они всю жизнь собирают разные образы, переосмысливают их, переиначивают. Зара порой такие невероятные вещи выдает, что даже я не понимаю, из чего собраны ее фантомы.