Ожившая легенда

— Нет уж, — Ксавьер стянул с меня одеяло. — Так интереснее, — заговорщическим шепотом сообщил он.

Моя сорочка продержалась недолго, я несколько упустила, в какой именно момент бретельки оказались спущены, а подол, наоборот, задран. Пришлось стягивать с себя ненужную ткань, ставшую похожей на пояс и утратившую всю функциональность.

И да, без света было бы совсем иначе. А так я имела возможность любоваться красивым мужчиной, видеть эмоции на его лице, желание в потемневших глазах, тонуть в этом взгляде и в водовороте чувств и эмоций. Мне не хватало дыхания и не хватало терпения, хотелось, чтобы все случилось вот прямо сейчас. Но жених не спешил, растягивая удовольствие, которое потом накрыло с головой, заставив пожалеть о непоставленном пологе тишины. Как назло, у всех в этом доме острый слух, что подумают обо мне Дао и гидра? Но это потом, сначала я не могла думать ни о чем, и уж точно ни о чем не жалела.

Светлячка мы гасить не спешили, так и лежали молча в обнимку. Слова были абсолютно лишними и ненужными, да и все казалось настолько хрупким, словно тончайшее меховское стекло: тронь — переломится. Пальцами я проходилась по небольшим старым шрамам на тренированном теле. На плече слишком ровная полоса, наверное, оставленная мечом или кинжалом. На груди четыре длинные отметины, предположу, что от чьих-то когтей. Колотая рана на боку. За каждой какая-нибудь история, риск и опасность, к которым лорд Тайны давно привык. Только в бою половина успеха зависит от тебя самого, а здесь и сейчас собственный организм оказался на стороне заразы и неведомого врага.

И я прекрасно понимала, что за ночь удовольствия Ксавьер с самого утра начнет расплачиваться плохим самочувствием, которое останется только перетерпеть.

— Ты слишком рано меня хоронишь, — будто прочел мой мысль жених. — Я не собираюсь от тебя отказываться, так что если смерть и разлучит нас, то очень нескоро. — И поцеловал в открытую ладонь, будто закрепляя клятву.

— Спасибо, — я в ответ поцеловала жениха в подбородок, выше не дотянулась с его плеча, а привставать было слишком лениво.

— За что? — удивился Ксавьер.

— За веру в меня, — не то чтобы я в себе так уж сомневалась, просто задача стояла слишком сложная и нетривиальная.

— За это всегда пожалуйста. И, надеюсь, ты тоже начала верить мне и в меня, раз рассказываешь о своих трудностях.

— Как думаешь, встреча наших родителей пройдет нормально? — задала тревоживший вопрос.

Два лорда, разные как лед и пламя.