Мой ледяной принц

— Я не хочу с тобой никуда идти, — ставлю стакан и отворачиваюсь. — Мне некогда. Договорились же игнорировать друг друга.

Марк молчит некоторое время, а потом удивляет меня:

— Не смогу.

— Что?

— Не смогу игнорировать тебя.

А потом удивляет меня еще больше:

— Ты же знаешь, никогда не мог игнорировать тебя, Синичкина. Я всегда сходил по тебе с ума.

— Очень жаль, но это твои проблемы, Марк.

Я разворачиваюсь и ухожу, но Марк нагоняет меня и прижимается к спине. Обнимает. Я чувствую его дыхание так близко, что жаром прошибает. Глаза прикрываю. Его запах кажется таким родным.

— Держись от меня подальше, — прошу я, но он не слушает, касается губами у меня за ушком. И тут же отчаянные мурашки бегут. — Фу, ты вспотел. Уйди, — уворачиваюсь. — Ты мокрый. Иди в душ.

— Пойдем, пожалуйста, — просит он. — Я хочу побыть с тобой. Немного. Мне это нужно. Иначе… иначе я совсем сойду с ума.

Не понимаю его. Он мог бы быть со мной всегда. Но сам оттолкнул однажды. Сделал мне очень больно. Вырвал мое сердце. А теперь просит побыть хотя бы немного рядом.

Отрицательно качаю головой.

Он делает шаг ко мне. Я от него.

Останавливаемся. Переводим дыхание.

Смотрю на него. У него волосы взлохмачены. Они влажные после тренировки и мне хочется провести по ним рукой. Глаз своих от меня не отводит. У Марка всегда очень уверенный взгляд. Но не сейчас. Сейчас он словно не понимает, что с ним происходит. Ресницы черные-черные, оторваться невозможною. Замечаю, что скулы стали еще более выражены. Он похудел. И выглядит бледным. Это странно, на улице такая жара и солнце. Я уже несколько раз ездила на пляж, загорала и любовалась золотистыми волнами океана. Там так спокойно и хорошо. Словно другой мир.

— Ты выглядишь уставшим, тебе нужно поспать, — не знаю почему, но мой голос звучит заботливо и нежно. — И поесть… ты похудел."

"— Пойдем вместе, — просит он. — Пообедаем. Проведем время вместе. Пожалуйста… доверься… — он прерывается и замолкает. Он знает.

Он знает, что между нами не может быть доверия после всего произошедшего.

Я не могу верить Марку, но я соглашаюсь. Почему-то сейчас он выглядит другим, не таким самодовольным и вредным, а будто бы поломанным. Мне хочется помочь ему. Я словно чувствую ту же боль. Она взрывается во мне и не дает спокойно все обдумать. И я хочу выслушать. Может, он мне все объяснит.

— Хорошо.

— Жди меня, я в душ, — говорит, снова делая шаг ко мне. — Ты дождешься?

Киваю.

— Обещаешь?

— У меня все равно еще работы много.