Ледяное сердце Элленхейма

Возможно ли было, что король Асманд почувствовал в Эллен особую магию – магию снега и льда, которая всегда особенно чтилась в Нерландии? Наверняка, так оно и было. А ни королева Катарина, ни придворные, ни мой отец не оказались столь проницательны.

– Что случилось потом? – спросил я. – После того, как она вернулась из Нерландии."

"– После того, как ее прогнали из Нерландии, ты хотел сказать? – уточнила старуха. – Как ты уже знаешь, она была в положении. Она носила под сердцем ребенка, который должен был стать наследным принцем вашей страны, но который оказался вам не нужен.

– Никто не знал о нём! – выкрикнул я. – Если бы она сказала об этом королю, ничего бы этого не случилось!

Впрочем, я мог ее понять. Она была обижена, даже оскорблена. И это была ее месть. Месть изгнанной королевы.

– Ее муж должен был ее защитить, – упрямо сказала хозяйка. – Она доверилась ему, отправившись с ним в чужую для себя страну. А он оказался слишком слаб, чтобы быть ей парой.

– Он так и не смог простить себе эту слабость, – выступил я в защиту Асманда. – Он тоже любил ее всем сердцем. И это сердце заледенело в разлуке с ней. А Элленхейм? Вы знаете, что случилось с замком Эрлунгов?

На гербе Эрлунгов всегда было ледяное сердце. Вернее – два ледяных сердца. И никто не знал, почему именно этот знак стал когда-то символом рода.

– Да, я слыхала об этом, – пробормотала она.

Она замолчала, и я пояснил:

– Он превратился в глыбу льда, когда остановилось сердце короля Асманда.

– Нет, – возразила она, – он превратился в глыбу льда, когда остановилось сердце Эллен.

Я снова почувствовал холод. Я не стал с ней спорить. Теперь это было уже неважно.

– Когда она вернулась из Нерландии, он жила здесь?

– Да, – кивнула старуха, – и мало кто знал, что она была королевой. Она и прежде сторонилась людей, предпочитая им общество лесных зверушек. А потом и вовсе стала нелюдимой.

– А ее ребенок? Что стало с ее ребенком?

– Он умер в тот же день, что и мать. Он был еще слишком мал и слаб.

Сердце опять начало бешеную скачку. Наследный принц мертв? Значит, Катарина не дождется внука, а Эрлунгам уже не суждено будет снова править Нерландией.

Но уже в следующее мгновение я вспомнил те слова, что услышал от старухи совсем недавно.

– Четверть часа назад вы боялись, что я приехал сюда, чтобы погубить сына Эллен. С чего бы вам волноваться об этом, если он давно уже мертв?

Хозяйка пожала плечами:

– Ты не так меня понял. А может, я тогда сказала что-то не то.