Несносные дочери леди Элизабет 2

Волны наслаждения прокатились по нашим телам, оставляя нас обессиленными и счастливыми.

Потом мы лежали в объятиях друг друга, слушая, как постепенно успокаивается дыхание. Я положила голову на его грудь, чувствуя размеренные удары его сердца, и впервые за долгие месяцы ощутила полное умиротворение.

– Теперь ты моя, – тихо сказал Хэмонд, целуя меня в макушку.

– А ты мой, – ответила я, прижимаясь к нему ещё крепче.

Мы ещё долго лежали в объятиях, тихо переговариваясь. За окном ночь медленно уступала место рассвету, но нам не хотелось разрушать эту магию близости.

Где-то под утро я, наконец, погрузилась в глубокий, безмятежный сон, всё ещё чувствуя тепло его тела рядом со мной. Последней моей мыслью было то, что впервые за очень долгое время я чувствую себя по-настоящему счастливой.

Глава 28

Приглашение от Этьена пришло ранним утром. Элегантная карточка на плотной бумаге с гербом Касаров приглашала всю семью Вайлиш на ужин в особняк – не к старому Максимилиану, а к самому Этьену, который, как выяснилось, имел собственные покои в восточном крыле огромного семейного дома.

– Как мило с его стороны, – заметила я, читая приглашение за утренним чаем. – Он хочет представить нас своим друзьям и знакомым.

– Наверное, хочет показать, какую замечательную жену он заполучил, – хихикнула Амели, откусывая кусочек тоста с мармеладом. – А заодно продемонстрировать всем, что брак с лавенийской беженкой – это не катастрофа, а удачное приобретение.

– Амели! – возмутилась Лорен, но на её щеках появился лёгкий румянец.

 – Не говори так цинично.

– А что тут циничного? – пожала плечами младшая сестра. – Это политика, милая. В высшем обществе каждый брак – это заявление о намерениях, демонстрация силы или союзов. Этьен показывает всем, что его выбор одобрен семьёй, а значит, критиковать его бессмысленно.

Хэмонд внимательно выслушал рассуждения Амели и кивнул с одобрением:"

"– Девочка права. Касары – семья умная и предусмотрительная. Этот ужин не просто знакомство, а важный социальный ход.

Этьен представляет Лорен как равную в их кругу, а не как случайную жену, взятую в порыве благородства.

– Значит, мне нужно быть на высоте, – задумчиво произнесла Лорен, потирая висок. – А я так надеялась, что самое сложное уже позади.

– Дорогая, – улыбнулась я, – после того, как ты вызвала на дуэль Дариуса Фелда перед всем двором, светский ужин покажется детской забавой.

– Хорошо сказано, – рассмеялся Роберт, который до этого молча читал деловые бумаги.