Дело леди Евы Гор

Неловкая пауза затянулась.

Я кожей чувствовала, как тяжёлый взгляд герцога оценивающе скользит по мне, но не позволила себе отвести глаза от его лица.

Не выдержав этой пытки, я первая разорвала молчание.

— Габриэль, нам пора, — сухо произнесла я, отводя взгляд и отступая в сторону выхода.

Герцог, казалось, собирался что-то сказать, но передумал. Вместо этого он резко повернулся к брату:

— Габриэль, на два слова, — прозвучало почти дружелюбно, но в голосе чувствовался приказ.

Шла я, не оглядываясь. Забрала своё манто и, не задерживаясь, пошла к выходу.

У двери ратуши я остановилась и скользнула взглядом в сторону зала. Братья всё ещё говорили. Время шло, а разговор явно затянулся. Я прищурилась. Обещанные «два слова» превратились в долгий обмен фразами, смысл которых оставался мне неизвестен.

Когда Габриэль, наконец, освободился, его лицо не выражало ни тревоги, ни недовольства. Я не могла понять, о чём они говорили, но что-то мне подсказывало, что этот разговор был далеко не праздным обменом любезностями.

Выйдя из здания, мой спутник звонко свистнул, подзывая свободную открытую двуколку. Я удобно устроилась на сиденье, натянув перчатки, и позволила Габриэлю прикрыть мои ноги специальной попоной. Холодный ветер обдувал разгоряченное лицо, заодно освежая мысли.

Дорога до гостиницы прошла в молчании.

Габриэль, едва мы остановились у порога, с улыбкой поклонился мне.

— Пойду помогу на стройке. Работа с магом продвигается быстрее.

Я кивнула, понимая, что у каждого из нас есть свои дела.

Лили и Джеральд всё ещё не вернулись из порта, а потому, поднявшись в свою комнату, я намеревалась хоть что-то привести в порядок после вчерашнего хаоса. Но стоило мне открыть дверь, как я поняла — заботливые руки уже сделали всё за меня.

Поломанная мебель была отреставрирована, ковры и покрывала заменены, а в вазе у зеркала стояли еловые веточки, наполняя воздух мягким хвойным ароматом.

Я провела рукой по гладкой поверхности стола и глубоко вдохнула.

Обо мне заботились даже без просьб.

Находиться в одиночестве не хотелось, и я решительно вышла из комнаты в холл. Там я подозвала Эдвина, старшего мальчика Мэри, и попросила собрать всех детей в моём доме. Там, в гостиной, нас ждала интересная работа. Мы готовились к новому празднику — Дню чудес.

Я доедала завтрак, с интересом слушая Лили, когда в столовую вбежал Боб. Он явно нервничал: взгляд метался, руки беспокойно дёргались, а на лбу выступили капельки пота.