Лед. Кусочек юга

 – Мальчика выстругивал, или презики плавятся?

Напалм выставил вверх средний палец.

– А жилищные условия как? – продолжил допытываться я, не обратив внимания на оскорбительный жест.

– Нормально все с жилищными условиями. Двухкомнатная квартира, пока хватает.

– Двушка в общаге…

И вот тут мне удалось зацепить пироманта за живое.

– Ты че пристал? – остановился он. – Сам как живешь? Комнату в коммуналке снимаешь?

– Однокомнатную со всеми удобствами, – признал я без всякого смущения. – Ни кола ни двора.

Голь перекатная. Гол как сокол. В карманах шаром покати. Продолжи сам, ты же у нас знаток словесности.

Напалм обреченно вздохнул:

– Лед, чего тебе надо?

– Подработка интересует? Плачу пять рублей серебром за два часа непыльной работы.

– Катись! – отмахнулся пиромант и вновь зашагал по площади.

– А шесть?

– Не интересует!

– Да ладно заливать! – нагнал я Напалма и зашагал рядом. – Гадес за копейку удавится, из него деньги клещами не вырвать. А жизнь дорожает! Инфляция!

– Отвали, Лед, а? – попросил пиромант.

 – Сказал же – не интересует.

– А если Веру спрошу?

От Напалма повеяло жаром, он развернулся и глянул на меня в упор. В глазах заплясали рыжеватые отблески близкого пожара.

– Держись от нее подальше! – потребовал взбешенный пиромант.

– Хрен там, подработка для нее, не для тебя. Ты на общественных началах если только можешь поучаствовать.

Напалм огляделся по сторонам и свернул к изукрашенному цветными рисунками киоску с зарешеченным окошком.

– «Беломор», три штучки, – потребовал пиромант, просовывая внутрь несколько мятых банкнот.

Получив папиросы, он сразу смял картонный мундштук одной из них, сунул ее в рот и усилием воли поджег табак. – Рассказывай, Лед, что у тебя опять за геморрой приключился.

– Нужно проконтролировать переговоры и сделать пиф-паф, если плохие люди начнут гнуть пальцы.

– Плохие люди?

– Очень плохие люди.

Напалм ненадолго задумался, потом предупредил:"

"– Двести пятьдесят рублей авансом. Если придется стрелять, платишь еще столько же.

За спецпули накидываешь сверху. До затяжной перестрелки дело лучше не доводи, на боеприпасах разоришься. Расценки не обсуждаются. И это если Вера даст добро.

Я усмехнулся.

– Вижу, частенько на стороне подрабатываете?

– Хочешь жить, умей вертеться, – пожал плечами пиромант, последний раз затянулся, с отвращением кинул папиросу под ноги и растер ее подошвой.

– Когда окончательный ответ дать сможешь? – уточнил я.