Связанные кровью

Он был любовью всей моей жизни и лучшим отцом, какого я только могла себе представить.

Ромеро схватил меня за бедра, направляя мои движения, пока я раскачивалась вверх-вниз. Вода мягко плескалась вокруг нас, когда наши тела скользили друг к другу. Вскоре мое покачивание стало почти отчаянным, вгоняя член Ромеро глубже в себя. Один из его пальцев обнаружил мой комок нервов, потирая его. Моя хватка на Ромеро становилась все крепче по мере того, как я приближалась к оргазму.

— Скажи мне, когда кончишь, — задыхаясь, проговорил Ромеро.

— Не долго.

Мои движения стали отрывистыми, нескоординированными, но толчки Ромеро вверх пришлись как раз под нужным углом.

— Я…

Слова замерли у меня на языке, когда волна удовольствия прошла сквозь меня, но Ромеро знал мое тело.

Он откинул голову назад и крепко сжал мои бедра, кончая вместе со мной.

Я упала ему на грудь, тяжело дыша.

Из радионяни донесся звук. Мы с Ромеро затаили дыхание, прислушиваясь, но было тихо. Я вдохнула и хихикнула.

Ромеро погладил меня по спине.

— Я скучал по этому.

— Я тоже, — призналась.

В последнее время я не так часто думала о сексе, но теперь поняла, что секс это больше, чем удовольствие, это дарение и получение близости на другом уровне.

Так мы и пролежали некоторое время, пока из динамика не донёсся тихий плач. Сара просыпалась. Ромеро поцеловал меня и помог выбраться из ванны. Я быстро обернулась полотенцем и бросилась в детскую рядом с нашей комнатой. Сара уже плакала и не умолкала, пока я не устроилась в плюшевом кресле и не стала ее кормить. Полотенце было обернуто вокруг моего бедра, и я знала, что намокну в кресле, особенно из-за постоянно стекающих капель с моих волос.

Ромеро вошёл, сухой, в боксерах, но с полотенцем. Он подошел ко мне и сделал импровизированный тюрбан для моих волос.

— Нужно одеяло?

— Мне не холодно, — сказала я с улыбкой. — Спасибо.

Он кивнул и некоторое время наблюдал за мной.

— Видеть тебя такой делает меня счастливым.

Он наклонился, поцеловал меня в лоб и вышел. Через полчаса я присоединилась к нему в постели. В тот момент, когда я прижалась к нему, он убрал свой телефон, где, несомненно, просматривал электронные письма по работе. Я зевнула, измученная.

Ромеро обнял меня.

— Я всегда чувствую себя в безопасности в твоих объятиях.

Он поцеловал меня в макушку.

— Ты в безопасности. Если бы я мог, я бы даже защищал тебя в твоих кошмарах.

Я подняла глаза.

— Ты защищаешь. Знание того, что ты рядом со мной, делает это.