Погашено кровью

К его удивлению, он увидел не того, кого ждал. На площадке стоял Ефимов в штатском костюме. Если бы они могли посмотреть на свои лица со стороны! Тут было над чем посмеяться.

– Извините. Василь Василич дома? – спросил Ефимов, впившись взглядом в чужака.

– Он уехал в отпуск, – ответил Сычев.

– Извините.

Подполковник повернулся и зашагал по лестнице вниз. Сычев захлопнул дверь и вернулся в комнату.

– Боюсь, что Ефимов тут ни при чем, – задумчиво протянул следователь.

– А я могу утверждать, что версию с ограблением можно не рассматривать вовсе.

Горелов стоял возле открытой коробки из-под телевизора и чесал белобрысый затылок. Коробка была набита пачками денег. Сычев подошел ближе, щелкнул языком и добавил:

– А убийца ничего не знал о Кузьмове. Он чужак. Ушел и оставил то, ради чего все они живут!

– Черт! – промычал лейтенант. – И сразу все стало каким-то странным и непонятным.

– А ты хотел, чтобы все шло по твоему сценарию? Рано тебе в Конан-Дойли записываться.

* * *Не ломая своих традиций, Дмитрий Николаевич Шевцов обедал в «Савойе» строго по своему распорядку. В полутемном пустом зале дежурили телохранители, наблюдал за наглыми мухами и ко всему готовый метрдотель.

Хлыста допустили к хозяину, когда Шевцов перешел к десерту. Яков Корин вел себя свободно и присел к столу раньше, чем его пригласили. Но Шевцов не придал этому значения, его беспокоили другие проблемы, и он не скрывал своего раздражения.

– Что творится в казино, Гек?

– Некоторые перестановки. Мелочи, которые вас не должны беспокоить. К тому же они были согласованы с вами. – Шевцов поковырял фруктовое желе, но есть не стал.

– Некоторые? Легавый сел в кресло главного звена. Это не шутка.

– Он под моим контролем.

– А что случилось с Глухарем?

– Диагноз – паралич сердца. Это заключение врачей. Мы ничего не потеряли. Глухарь давно уже вышел из-под контроля и работал на себя при поддержке банды Соленого. Он выполнял наши требования, хоронил и вычищал мусор за стрелками Князя, выполнял охранные функции, но этого слишком мало.

Шевцов вытер губы салфеткой и закурил.

– Значит, Глухарь пользовался нашей крышей в своих целях. Где его люди?

– Разбрелись по мелким группировкам.

– И кто же будет нас защищать? Где силовики?

– Мы пустим в подвал ментов. Они еще не избалованы красивой жизнью и будут служить с большим рвением. Свято место пусто не бывает.

– Хочешь создать филиал Петровки под эгидой игорного дома?

Четвертый этаж – бордель.