Погашено кровью

Ефимов вырвал подушку из-под головы Бронштейна, накрыл ею лицо больного и, прижав ствол пистолета к подушке, трижды нажал на спусковой крючок.

Выстрелов никто не слышал. Набитая ватой наволочка поглотила шум и пламя.

Резко повернувшись, Ефимов вышел из палаты. Он еще не достиг той стадии хладнокровия, когда убийца осматривает результат работы.

– Уходим! – крикнул Ефимов, вырываясь в коридор.

Лифт стоял на месте. Они спустились, сбросили с себя белые халаты, прошли через подвал и вышли на улицу в том же месте. Никто их не заметил. Шли быстро, но не оглядывались и не суетились. Шли молча.

Когда они сели в машину, Ефимов почувствовал, что у него сильно трясутся руки.

– Возьми руль, Николай. От меня несет спиртным, а ты в форме."

"Саранцев вышел и пересел на водительское сиденье. Для него этот рейд выглядел обычным приключением, похожим на задержание. Ефимов ничего перед собой не видел, он хотел водки. Он даже не заметил знакомую «Волгу» генерала Боровского, которая скромно прижалась к обочине на противоположной стороне улицы.

– С почином вас, Григорий Михалыч, – прошептали губы генерала.

* * *Заместители всегда знают больше, чем начальники. Особенно когда начальники сменяют друг друга, а замы остаются на местах. Среди команды Князя были люди, о которых он ничего не знал. Хлыст выдвинул бывшего генерала на пост руководителя ведомства смерти год назад, а бывший капитан милиции по кличке Мопс сидел на должности зама со дня основания самой организации.

При всех руководителях стрелкового звена дела шли ровно. Мопс никогда не открывал перед своим непосредственным начальником всех карт. В частности, это касалось особого звена, состоявшего из шести человек, которых Мопс считал своей личной гвардией. Это были профессионалы высшего пилотажа, они не работали по пустякам. Хлыст не без основания считал, что Мопс берет заказы на ликвидацию со стороны, но доказательств у него не было, и он не хотел портить отношения с человеком, который стоял у истоков дела и лично знал Шевцова.

Свою гвардию Мопс вербовал сам, он доверял ей, она доверяла ему, он знал, что его не сдадут, она знала, что он ее не продаст. Когда в руководство подразделением пришел Князев, Мопс холодно принял реорганизацию своего ведомства. Введение новых звеньев наблюдателей, контролеров, бригадиров, группы отхода, по мнению Мопса, ничего не меняло. Штабное генеральское баловство, но оно понравилось Хлысту, который ничего не смыслил в деле, и реорганизация состоялась.