Королевская кровь 10. Стальные небеса

Господа полковники, как и сотрудники наблюдательного пункта, и охрана камеры, застыли со склоненными головами, готовые к семейной сцене.

— Хорошо, — сказала она так же тихо. — Только дай мне взглянуть на него. Я хочу увидеть человека, который хотел меня убить. Понимаешь? Это как посмотреть в лицо своему страху.

— Да, — коротко и тоже почти неслышно проговорил принц-консорт. — Но ты будешь говорить мне о таких желаниях, Василина.

— Да, — повторила она, слабо улыбаясь ему, и он не выдержал — поднес ее руку к губам, поцеловал с нежностью, прикрыв глаза и чувствуя, как дрожат уже его руки.

Окружающие продолжали делать вид, что их здесь нет.

— Она здесь? — раздался искаженный динамиком голос Львовского. — Королева? Я чувствую… чувствую ее ауру, как в лазарете… сколько силы. Какое искушение…

Василина встала перед окном, глядя на обожженного темного, который сжимал и разжимал руку у лица и шарил полубезумным взглядом по стеклу.

— Здесь, — выдохнул он. — Ваше величество… а я ведь видел вас… Когда пол в коридоре мыл, а в палату заходили врачи. Мне сказали, вы закрыли портал на Севере. Да… Такая маленькая. Мне было бы жаль, если бы вы умерли.

Василина молчала, крепко сжимая мужа за руку и вглядываясь в искаженное болью лицо Львовского.

— Но бомбу вы бы все равно прикрепили, — проговорил отмерший Тандаджи, в котором следователь взял вверх над тактичным верноподданым. Почтение почтением, а пока преступник говорит, нужно его в этом поощрять.

— Прикрепил бы, — прошептал темный, — и взорвал бы. Но мне было бы жаль… Хорошо, что уже не нужно.

Он что-то еще шептал себе под нос. Глаза горячечно блестели.

— Идем, — едва слышно приказал Байдек, и Василина беспрекословно шагнула за ним.

— Ваше величество, — прохрипел в динамике Львовский, — не закрывайте второй портал. Не закрывайте портал. Иначе Черный Жрец не сможет вернуться.

Она оглянулась — но не стала просить Мариана остановиться.

— Не закрывайте портал, — просил темный, когда они шли к лестнице. — Не сейчас.

Он замолчал, тяжело дыша, только когда королевская чета поднялась наверх. По лицу его тек пот. Львовский некоторое время вглядывался в стекло, затем выругался с отчаянием, закрыл глаза.

— Вы вчера наотрез отказывались говорить. А сегодня согласились, — проговорил Тандаджи невозмутимо. — Почему?

— Потому что нельзя закрывать порталы, — прошептал темный с закрытыми глазами. — Как мне еще донести это до вас? Чтобы вы рассказали другим… в других странах.