Королевская кровь 10. Стальные небеса

До основной группы наемников оставалось шагов сто, когда он сбросил с охонга второго преследователя, косым ударом перерезав ему шею, — и, догнав дрогнувшего и попытавшегося спастись бегством стрелка, снес ему голову.

Макс опустился на землю рядом с упавшим арбалетчиком. Склонился над ним — голова закружилась, и он пошатнулся, переживая кратковременную слепоту. Подобрал арбалет, вытащил горсть болтов…

— Отец, — процедил он сквозь зубы, — только бы не упасть сейчас.

Для устойчивости широко расставив ноги, Макс принялся методично расстреливать надвигающихся врагов. Сколько успеет. Выдержать бы, увести от принцессы…

Вжиих, — и крайний охонг унесся вправо, волоча за собой убитого наемника.

Ветер мешал, ветер сбивал.

Еще один выстрел — и ближайший преследователь заорал, держась за живот и кренясь вбок.

Несколько болтов ушли в сторону.

Щелк, — и следующий беззвучно опрокинул еще одного нейра, ударив ему в глазницу.

Инляндец успел расстрелять всего четырех, когда первый из оставшихся почти снес его — и Макс тяжело поднялся в воздух, успев кончиком клинка достать наемника — не убить, вспороть руку, — и, опустившись за проскочившими под ним врагами, полетел в обратную сторону, к ночному убежищу, нарочито замедляясь и держась за окрашенный чужой кровью бок.

С более чем десятком человек сейчас он точно не справится. А улетать к принцессе, оставляя их живыми, было глупо — через пару дней весь лес будет кишеть нейрами.

Папоротник, в котором он велел спрятаться Алине, остался далеко за спиной.

Преследователей вид противника, на глазах теряющего силы, явно приободрил, и они с гиканьем бросились за ним, зажимая в клещи с двух сторон, осыпая стрелами. Макс уворачивался от сетей, падал на землю, ощущая запах сухой травы и проскальзывая меж охонгами…

"Ну чисто подбитая пташечка", — как воочию услышал он издевательский голос Мартина и ухмыльнулся.

…Он ухитрялся задевать клинками то одного, то другого, ослаблять, изматывать. Уводить дальше, дальше, еще дальше от той, за чью жизнь он боялся куда больше, чем за свою. Он оставил позади расщепленный папоротник и отклонился правее — там лес рос гуще, а значит, преследователям будет сложнее. И все это время его не покидало чувство узнавания — он уже убегал так, уже убивал точно так, только в прошлый раз рядом была река, и он думал, что принцессу спасет Верша.

А на самом деле ее уже схватили.

И могут схватить и сейчас, если он опять это позволит.