Венец безбрачия белого кролика

— Почему в гардеробе покойной были специальный сачок и банка?

— Она принесла паука в спальню, — пояснил Котин, — в банке. Сачком его ловила.

— Почему не убила себя в музее? И отчего там сачок не оставила?

— Ну… Она женщина! Наверное, хотела выглядеть привлекательно. И как паука-то злобного руками взять. Он укусит.

— Подумаешь! Она же собралась умереть с его помощью. Пусть кусает, — воскликнул я, — ей уже все равно. Яд, по словам Семена, действует через пятнадцать минут. Хватит времени дойти до спальни, лечь в кровать. Нет! Все было иначе. Когда Артемона убежала, муж оставил нас одних, пошел за ней. Отсутствовал он минут двадцать-полчаса. Небось уложил жену в кровать, угостил ее успокаивающими таблетками. Пошел в музей, поместил паука в банку, принес его в комнату. Арти уже спала. Супруг посадил паука жене на грудь и спрятал сачок в шкаф. Он же знал: когда мы увидим мерзкую тварь, ее нужно будет поймать! Вот тут-то и пригодятся сачок и банка.

— Лучше прихлопнуть тварь тапком, — поморщился Котин.

— Нет, — возразил я, — Глаголев не мог причинить вред насекомому, да еще такому редкому.

— Значит, супругу убить он может, а членистоногого нет? — хмыкнул Олег.

— Женщин много, они не редкость, а где нового уникального паука взять? — спросил я.

Я не знаю, как и где живут Марго и Семен. Учитывая то, что две жены Глаголева погибли не своей смертью, я бы на месте Марго опасался за свою жизнь. Что поделывают остальные участники этой истории, например Варвара Крапивина, я понятия не имею. Да и знать ничего о них не хочу. Робот Иннокентий Валерьянович благополучно зарядил аккумулятор и ездит по квартире, постоянно ругаясь с Борисом. Демьянка решила, что зимой лучше всего много есть и сладко спать, поэтому она проводит дни на диване, а по дому передвигается исключительно с помощью Иннокентия. Ирэн и Николетта полны желания найти нам с Олегом прекрасных в их понимании жен и заняты кастингом невест. У Котина появилась интересная идея, но о нашей с ним совместной работе я расскажу как-нибудь потом.

В конце января в Москве ударил сильный мороз. Утром я сел в машину, заклацал зубами, подумал, что надо купить теплую куртку, и вдруг вспомнил инокиню Амвросию, которая махала мне рукой, провожая у ворот обители. Я прямо увидел ее старенькое черное платье, понятия не имею как называется одеяние монахинь, и заношенную жилетку. Я вытащил телефон.

— Олег, где одеваются монашки?

— М-да, — засмеялся Котин, — о таком меня еще не спрашивали. Тэкс… Гугл мне в помощь.