Люди крепче стен

 — Или его звание не устраивает? Ты ему скажи, мы не собираемся бегать по полю в поисках дохлого майора. Какой был френч, такой и принесли.

Усмехнувшись, Бурмистров перевел. Немец заговорил быстро, энергично размахивая руками, когда он умолк, Бурмистров перевел сказанное:

— Пленный майор недоволен формой. Говорит, кровью запачкана. С мертвого офицера форму сняли.

— Ты объясни этому немецкому щеголю, что у нас здесь на передовой не Дом моды, чтобы чего-то там выбирать, что дали ему, то пусть и надевает. А если не хочет, так мы его нагишом с белым флагом в крепость отправим.

Выслушав перевод, немец с презрительным видом покачал головой и, преодолевая отвращение, напялил на себя брюки. Осмотрел кровавое пятно в области груди и бережно, будто бы опасаясь испачкаться о высохшую кровь, застегнул френч на все пуговицы.

За окном уже рассвело. Неподалеку, разогревая двигатель, загудел танк. Прозвучали короткие громкие команды.

— Вы не забыли, о чем нужно сказать? — спросил Бурмистров.

Немецкий офицер, выражая неодобрение, покачал головой:

— Разве можно такое позабыть? Я должен убедить гарнизон сдаться… Гарнизон, в котором я прослужил без малого три года. И в котором меня считают сейчас дезертиром.

Форма явно была не по размеру, смотрелась на нем комично. Штаны были коротковаты, полы шинели надорваны, пилотка прострелена. Но никто из присутствующих даже не улыбнулся. Не тот случай, чтобы скалиться.

— Вот и отлично. Где тут у нас белый флаг?

— Вот он, товарищ майор, — сказал ординарец. К темной нетесаной палке, исполнявшей роль флагштока, двумя крепкими узлами была привязана белая, перепачканная грязью ткань.

Крутанув дважды ручку на полевом телефоне, подполковник Крайнов сказал в трубку:

— Прекратить стрельбу! — Видно, отвечая на чей-то вопрос, подполковник пояснил: — Сейчас пойдет пленный немецкий офицер с белым флагом к форту «Раух», будет уговаривать своих сдаться, — выждав паузу, добавил: — Если он фартовый, то дойдет, а если нет… Значит, такова судьба. — Положив трубку, сказал пленному: — Ну что, гитлеровец, давай топай вперед. Тебя там уже свои дожидаются. Надеюсь, дорогу домой не позабыл?

Переводить не требовалось, фашист понял и так. Едва кивнув, майор взял белый флаг и, толкнув перед собой дверь, вышел наружу. Первую сотню метров немецкого майора сопровождал боец разведки.