По краю безумия (СИ)

Хотели бы убить, они бы сделали это тихо, без предупредительного выстрела в машину. Они, скорее всего, просто пугают, предупреждают, — нарушаю на хрен все правила, просто мчусь по трассе в надежде проскочить на центральную дорогу.

— О чем они меня предупреждают? — дрожащим голосом спрашивает она, не прекращая оборачиваться назад.

— Не тебя. Это послание твоему отцу, — Тая сглатывает, сползает вниз, обнимает себя руками.

Принцесса не на шутку испугалась. Но пока ей бояться нечего, как только я выезжаю на главную дорогу, ведущую к ее дому, БМВ скрывается из вида, прекращая нас преследовать.

Просыпаюсь от громкого стука в дверь и требований отца ее открыть. Закрываю уши, зарываюсь в подушки, не желая его видеть. Не хочу его слышать. Вчера меня чуть не убили, из-за него. Почему, из-за его политических и криминальных игр я должна страдать? Вчера мне действительно было страшно. Отец не преувеличивал, когда говорил, что мне нужна охрана. Но это не отменяет его вины в том, что произошло. Он кому-то перешел дорогу, а убить хотели меня!

— Таисия открой дверь! — требует великий кандидат в губернаторы. Но я не его подчиненная и не собираюсь его слушать. — Тая, нам нужно поговорить! — поговорить ему нужно. Где он был вчера, когда меня трясло в истерике? Его как всегда не было дома. Наверное, трахал очередную любовницу.

А сегодня нашел время в своем плотном графике поговорить со мной.

— Тая, открой немедленно или я вышибу дверь!

— Я сплю! — кричу ему в ответ. Ну что он может мне сказать? Как оправдает то, что произошло вчера.

Скажет, что это было недоразумением? Нервные стуки моего отца прекращаются, минуты тишины и он уходит. Вот и хорошо. Вылезаю из-под подушек, смотрю на часы. Уже десять утра, пары начались час назад, но Серов посоветовал не ходить мне в институт.

Да, вчера меня утешала обслуга, а не родители. Впрочем, как и всегда. Тим привез меня домой, пытался утешить, что-то говорил, надевал на меня верх платья, которое сам же и снял. Я вообще ничего не слышала и не чувствовала. Я впала в полное оцепенение, вспоминая слова отца об убитых детях его коллег и знакомых. Я не хочу умирать из-за темных игр кучки бандитов, стремящихся к власти. Серов сказал, что это было просто предупреждение и так часто бывает. Только мне от этого не легче.

Серов отпаивал меня водой, утешая меня, обнимал и даже пытался шутить. Он же дал мне снотворное и проводил в комнату. Вокруг меня еще бегала Люба, постоянно что-то причитала, но я не обращала на нее внимания.