Кот, который проходил сквозь стены

Если хотите, можете взять домой и посмотреть.

– Он слишком тяжел, чтобы таскать его туда и обратно. Кстати, я очень удивился, когда увидел, как легко вы сегодня утром его подняли.

– Я сильная. В нашем деле нужна сила.

– А в свободное время чем вы занимаетесь? Поднимаете штангу?

Она прыснула:

– Нет, читаю о древностях, посещаю лекции и хожу на выставки в Исторический музей.

– Однако вы сильно увлечены антиквариатом!

Она обворожительно улыбнулась:

– В старинных вещах есть что-то мистическое. Нечто большее, чем реальная стоимость, красота или происхождение. У предмета, которым веками владели и восхищались другие люди, появляется душа, она притягивает вас и тянется к вам. Словно старый друг, понимаете? Жаль, что я не могу это толком объяснить…

– Вы очень хорошо объясняете, мисс Дакворт.

– Мэри, – поправила она.

– Хорошо, Мэри. Но если вы так любите древности, почему вы не хотите поделиться своей любовью с нашими читателями? Почему запрещаете писать о вас?

Она заколебалась. И наконец решилась:

– Я скажу почему. Из-за моей родни. Они не одобряют того, что я делаю: живу на Цвингер-стрит и торгую… старьем!

– Что же им не нравится?

– Отец – банкир, а финансисты все довольно консервативны. К тому же он англичанин. Как видите, сочетание просто убийственное. Папа помогает мне деньгами, но с условием, что я не буду позорить семью. Поэтому-то я должна избегать огласки.

Она снова наполнила чашку Квиллера и налила себе еще виски.

Он поддразнил ее:

– Вы всегда так поступаете: гостям – кофе, а себе – виски?

– Только тогда, когда они совсем не пьют, – широко улыбнулась она.

– А откуда вы знаете, что я не пью?

На мгновение стакан задержался у ее губ.

– Я звонила сегодня отцу, и он посмотрел в картотеке ваши данные. Теперь я знаю, что вы вели криминальную рубрику в газетах Нью-Йорка, Лос-Анджелеса и где-то еще, что вы написали целую книгу о городской преступности и что вы удостоились нескольких журналистских премий. – Она торжествующе скрестила руки на груди.

Квиллер осторожно спросил:

– А еще что вы знаете?

– Что у вас был неудачный брак, вы лечились от алкоголизма, побороли депрессию, что с февраля вы работаете в «Дневном прибое» и с тех пор у вас все в порядке.

Квиллер покраснел. Он привык вмешиваться в жизнь других, но не любил, когда открывали его собственные тайны.

– Польщен вашей заинтересованностью, – мрачно произнес он. – Как зовут вашего отца? В каком он служит банке?

Девушка наслаждалась минутой превосходства. И виски.