Кот, который проходил сквозь стены

– Выключи! – пытался перекричать музыку Квиллер.

Но было поздно. Коко снова прыгнул, приземлился на голову Рассела и впился в нее когтями. Вопль Пэтча перепугал кота еще больше, и сиамец отскочил в угол.

Расс прикоснулся к виску. Пальцы окрасились кровью.

– Так тебе и надо, – тихо сказал Стэн, выключая установку.

Квиллер понес Коко домой. Кот внешне казался спокойным, но журналист чувствовал, как тот дрожит.

– Прости, старик, – сказал хозяин. – Это была подлая шутка."

"В комнате Квиллер осторожно опустил животное на пол. Прибежала Юм-Юм, чтобы дотронуться до носа Коко своим, но кот не обратил на нее внимания. Он долго пил воду, потом встал на задние лапы и поцарапал когтями по брюкам Квиллера. Журналист взял Коко на руки и носил по комнате, пока не пришла пора идти на следующую встречу.

Закрыв животных, он направился к лестнице, но вопли за запертой дверью буквально разрывали его репортерское сердце. Он медленно спускался по ступенькам, однако крики становились все жалобнее и печальнее, и все опасения Квиллера, что Коко его больше знать не захочет, испарились. Кот нуждался в нем. Обрадовавшись, журналист вернулся и взял хвостатого друга с собой к Клатре.

Восемнадцать

Вообще-то Клатра приглашала Квиллера зайти попозже (?) вечерком (?), когда оба смогут расслабиться (?). Но он сослался на занятость и сделал вид, что не понимает ее заигрываний.

В половине восьмого – самое пристойное для дружеского визита время – они с Коко приехали на такси в Орлиное Гнездо и достигли на лифте семнадцатого этажа. Коко ничего не имел против поднимающихся лифтов – другое дело те, что пытаются ускользнуть из-под его ног!

Клатра встретила гостей в пышном облаке бледно-зеленого шифона и страусовых перьев.

– Я не знала, что вы придете с другом, – хрипло рассмеялась она.

– Этим вечером Коко пришлось нелегко, и он не хотел оставаться один.

И Квиллер рассказал о жестоком эксперименте Расса с электронной музыкой.

– Опасайтесь молодых блондинов в белом! – изрекла Клатра. – Им есть что скрывать.

Она провела журналиста в уютную комнату: пестрые обои, пестрые шторы, пестрые мебельные чехлы – все в темно-бежевых, коричневых и золотистых тонах. В задрапированном тканью помещении было ужасающе тихо, точно в гробу. Негромко играла музыка – что-то страстное, скрипичное. Повсюду витал аромат духов Клатры.

Квиллер посмотрел на запятые, составляющие основу оформления комнаты, и попытался их сосчитать.