Шут и слово короля

А теперь немножко выросли, верно? — он был рад, что она хотя бы смеется и перестала теребить кушак. — А тебе понравилось? — невинно добавил он. — И вообще, кто-то из твоих кузенов, например, лорд Рай, целовал тебя так?

— Эдин?! — возмущенно воскликнула девушка. — Если ты пришел дразнить меня…

— Нет-нет. Просто хочу понять, можно или нельзя. Я не знаю, как ведут себя братья. Научи?

Эта игра начала ему нравиться.

— Научить? — Аллиель посмотрела с вызовом. — Скоро мая свадьба, у меня невероятно красивое платье.

Брат бы порадовался за меня, поддержал бы.

— А, вот оно что. Давай попробую. Ты ведь хотела быть владелицей замка? — он осторожно взял ее за руку. — Будешь. Может, замок нуждается в ремонте — так многие замки в Кандрии пора ремонтировать, это ничего. И твое приданое надо же куда-то тратить. Вот только сам барон… Правда, хорошо бы получить замок, а барона подарить кому-нибудь? Но замок идет только в придачу к барону, а это грустно.

— Ты злой, — насупилась Аллиель.

— Просто я люблю тебя.

И у меня нет замка… И мне больно видеть тебя с этим твоим бароном, просто нет сил терпеть. Как тут быть добрым? Впрочем, извини. Я же брат.

Они как-то незаметно придвинулись друг к другу, еще немного — и ладонь между ними не просунешь. Но Аллиель вовремя опомнилась и отпрянула.

— Сядь, посиди со мной, — она показала на кресло, сама села на край кровати.

Он и не взглянул на кресло, сел на ковер возле ее ног, между делом поймал ее руку и поцеловал кончики пальцев.

— Эдин! — возмутилась она.

— А? Что такое? Я опять что-то не так сделал? Не понимаю. Брату можно целовать лобик сестры, но нельзя пальчики? Я думал, пальчики — это вообще не считается.

— Даже королевам можно целовать ручки. Знаешь что, а перечисли-ка, что еще мне можно, как твоему брату, м-м?

Аллиель нахмурилась и вдруг рассмеялась.

Не слишком любимые упражнения по риторике и искусству переговоров неожиданно пригодились: переговорить и переубедить Эдина Вентсивера было хоть и можно, но сложно, особенно человеку неискушенному.

Смеются или сердятся — от бессилия. Но лучше, когда смеются.

Он осторожно поцеловал ее ладонь, попутно отметив:

— Это тоже не считается, — а сам, волнуясь, ждал, что будет?

Она не пыталась отнять руку. Зато сказала:

— У меня была официальная помолвка. Я дала слово барону в присутствии короля и королевы.

— Да я уже понял. И поэтому король не выполнит свое обещание выдать тебя за шута. Какой ужас.