Извращённое Королевство

— Могу я спросить тебя кое о чем? — он издает утвердительный звук. — Была ли я тогда жестокой? Я имею в виду, разве некоторые дети в этом возрасте не проявляют признаков антиобщественного поведения?

— Хм. Ты не была жестокой сама по себе, но ты не прощала несправедливости. Очевидно, ты была таким же одиноким ребенком, как и я, и именно поэтому мы сплелись. Разница, между нами, в том, что тебе было непросто контролировать и направлять свою энергию. Как будто ты попала в ловушку реальности, которую не могла принять.

— И ты все это понял тогда?

— Нет. Я понял в течение последних лет. — он постукивает себя по голове. — Здесь не пусто.

— Очевидно. — я слегка улыбаюсь. — Держу пари, там тесновато.

— Ты можешь отправиться на экскурсию в любое время. — он подмигивает. — Просто знай, что это не бесплатно.

Я улыбаюсь веселью в его тоне.

— Какую валюту ты принимаешь?

— Что-нибудь простое. Секс.

Я в шутку толкаю его плечом.

— Твой разум всегда устремляется туда?

— С тобой, да.

Он опускает мою руку к своим джинсам и обхватывает пальцами безошибочно узнаваемую выпуклость.

Стон вырывается из его горла при соприкосновении.

— Здесь? — я задыхаюсь, понижая голос, как будто кто-то может услышать. — Это похоже на камеру пыток.

— У нас также хорошие воспоминания об этом месте. — он ухмыляется, и его член твердеет под моей рукой. — Мы можем сделать их лучше, если ты откроешь для меня этот ротик.

Я могу сказать «нет».

Я имею в виду, даже он бы понял. Мы должны были прийти сюда, чтобы я восстановила свои воспоминания, а не для того, чтобы сделать ему минет.

Однако мой рот действует не так, как думает мой мозг.

Есть эта непреодолимая потребность доставить ему удовольствие после всей той боли, которую он испытал.

Я встаю перед ним на колени и крепче обхватываю его через джинсы. Стон удовольствия это все, что мне нужно для продолжения. Я освобождаю ремень и лихорадочными движениями расстегиваю джинсы. В тот момент, когда я освобождаю его от трусов, Эйден берет обе мои руки в одну.

— Что? — я тяжело дышу, сбитая с толку. — Я думала, ты хочешь, чтобы я взяла тебя в рот?

— И я все еще хочу. Сначала ляг.

— Зачем?

— Сделай это.

Его властный тон жесткий и хриплый.

Воздух вокруг нас дрожит от статики и сдерживаемого желания, пока я делаю, как мне говорят, не зная, к чему он клонит.

— Сними свое нижнее белье. Делай это медленно, чтобы я мог наблюдать.

От его приказа мне становится горячо.