Сдавайся, колючка!

К ней подошла Лена, которая весь день провела в раздумьях и слезах. Они о чем-то коротко поговорили, и, склонив голову, Ленка отошла, оставив Жанну одну.

Я весь день пытался проанализировать и понять ее отношение. Почему такие резкие перемены? Даже при первом знакомстве между нами летали искры, а тут она отгородилась.  Ира к ней не подходила, все смотрела на меня, ждала, когда это сделаю я. Хотел поговорить с колючкой, понять, в чем дело, но также возникало желание послать все к лешему.

Ребята расходились по палаткам. Ленка сидела на камне где-то в стороне. Ребята так и держались от нее особняком. Она продолжала крепиться и пока не сбежала.

– Поговорим? – подошел к колючке и присел рядом.

– О чем, Азамат? – не глядя на меня.

– Ты ведь ей не поверила, тогда почему отвернулась? – задал самый интересующий меня вопрос.

– Я не отворачивалась. Наверное, хорошо, что так произошло. Неизвестно, чем бы закончился наш курортный роман, а мне бы не хотелось портить с тобой отношения. Скоро Маша возвращается, мы часто будем пересекаться в общей компании, пусть лучше все на этом завершится, чем мы станем избегать друг друга.

– Жанна, ты так говоришь, будто влюблена, а я могу причинить тебе боль…

********    ********

Жанна

Выбросить всю эту ситуацию из головы не получалось. Чувствовала себя отвратительно. Голова болела, но не столько от давления, сколько от неприятных мыслей. Мне не хотелось ни с кем разговаривать, устала ловить на себе  понимающие сочувствующие взгляды. Ира просила меня не обращать внимания. Ромул хороший парень, и не стоит такого терять из-за какой-то овцы.

Я не спорила с ней. Азамат  надежный, серьезный, ответственный. Ромул нравится женщинам и вызывает уважение мужчин, но… Но этого недостаточно, чтобы поверить и открыться. Говорят, что из тех, кто в молодости хорошо погулял, получаются верные мужья, но также говорят, что горбатого могила исправит. Верилось почему-то во второе, но крохотная надежда, которая жила в сердце, постоянно нашептывала, что Ромул, как и Тигр, будет любить единственную женщину в жизни. Хотелось ли мне стать той самой женщиной для Ромула? Хотелось… наверное.

Нельзя поддаваться глупым мечтам, потом будет еще больнее.

Я делала вид, что наблюдаю за закатом. Пряталась ото всех единственным возможным способом. Можно еще в палатке укрыться, но я не хотела, чтобы кто-нибудь догадался, что мне плохо.

– Можно? – ко мне подошла Лена.

– Если я скажу «нет», ты уйдешь? – равнодушно произнесла.