Кровавый Рим. Книги 1-9

Появление пленника вызвало среди собравшихся в таверне бурю мстительного торжества и благородного негодования.

— Наконец-то тебя сцапали, мерзавец! — гневно раздувая ноздри, крикнул Кассий Сукрон. — Скоро и всему твоему гнусному сброду придет конец!

На Минуция, бледного, поникшего и безмолвного, смотрели с презрением и злорадством.

Его наперебой оскорбляли, называя предателем, «венценосцем подлых рабов» и «собачьим императором».

— Будь моя воля, — сказал, обращаясь к претору, Гней Клептий, — приказал бы распять негодяя перед самыми Флувиальскими воротами на радость идущим в бой солдатам.

Пусть они полюбовались бы, как пляшет на кресте этот подонок!

Лукулл, с брезгливым любопытством разглядывавший плененного врага, чуть приметно улыбнулся и возразил легату:

Немного подумав, Лукулл приказал провести пленного вождя рабов по главной улице города, заполненной солдатами.

Слух о том, что Минуций схвачен живым, мгновенно облетел Капую.

Когда его под усиленной охраной повели в тюрьму по Альбанской улице, солдаты кричали ему со злобой и яростью:

— Попался, оборотень!

— Царек гнусного отребья!

— Погоди, будут тебя клевать стервятники на Эсквилинском поле!..

Солдаты грозили пленнику копьями и бросали в него огрызками яблок…

Ближе к рассвету в город прискакал посыльный от Деметрия с сообщением, что путь от Капуи до Казилина свободен, так как все вражеские дозоры Аполлоний вернул в лагерь.

Лукулл тотчас отдал приказ к выступлению. Солдаты, выходя из ворот города, немедленно прекращали все разговоры и по возможности соблюдали тишину. Слышен был лишь топот множества ног и железный лязг оружия и доспехов.

Первую колонну из восьмисот капуанцев, куманцев и путеоланцев вел военный трибун Цезон Рабулей.

Отряды из Кал, Австикула и Комбультерии, что и было предусмотрено ранее, составляли вторую колонну. Вместе с ней отправился сам Лукулл, сопровождаемый охраной в составе ликторов, контуберналов и еще турмы всадников, но начальником колонны он назначил опытного и храброго центуриона гастатов Спурия Лигустина.

Его воины должны были ворваться в лагерь мятежников через обращенные к Казилину главные, или преторские ворота, в которых поджидал римлян изменник Аполлоний с надежными помощниками, готовыми в любой момент перебить охранявших ворота часовых.