Провинциал. Книга 4 (СИ)

А вот если на свободу вырвется электричество, то у Эви может появиться много работы, а если учесть то, что Алевтина ещё и в ванне возлежит, то тут последствия могут быть просто непредсказуемыми.

Но, ладно, будем пристально наблюдать, и, по возможности стараться предотвратить нежелательные эксцессы.

Тем временем стрелки настенных часов в номере господина Крыницына показали ему, что пятнадцать минут, о которых просила Алевтина, наконец, истекли.

Чиновник, снова придирчиво оглядев себя в зеркале, решил, что выглядит достаточно мужественно и привлекательно, взял выбранную для визита бутыль и открыл дверь в коридор.

Гостиничный коридор встретил его всё тем же пыльным полумраком и едва слышным поскрипыванием половиц.

Павел Лаврентьевич, разволновавшийся, к своему собственному удивлению, как первокурсник-очкарик перед первым свиданием, шагнул за порог.

Странно, но в его теле вибрировала и дрожала каждая жилка. Происходило это, видимо, от волнения и предвкушения, умело разожжённых большеглазой проказницей, от ожидания какого-то нереального, просто-таки небесного блаженства, которое было обещано ему томным взглядом Алевтины из под трепещущих пушистых ресниц.

Он не помнил, о чём он думал, покуда шел те несколько десятков шагов, отделявших его от райского наслаждения…

И вот он стоит перед дверью в её номер, и нерешительно переминается с ноги на ногу. Наконец, он сделал над собой усилие и несколько раз стукнул костяшками пальцев по дверному полотну.

За дверью царила полная тишина. Как Павел Лаврентьевич ни вслушивался, до слуха его не доносились ни звуки шагов, ни голос желанной красавицы…

И он, словно во сне, повернул вычурную бронзовую ручку. Дверь приоткрылась. За ней было почти абсолютно темно, и лишь откуда-то из внутренних помещений апартаментов пробивался слабый лучик неверного дрожащего света…

Господин Крыницын, подгоняемый распалённым желанием, сделал шаг в темноту, наполненную волнующими запахами…

Кульминация событий этого вечера неумолимо приближалась…

Хозяйка ветра и электричества

Как на грех, как раз в этот момент Алевтина, решив, что хватит нежиться, пора и честь знать, выбралась из воды.

Завернувшись в полотенце при неверном свете свечей, она вышла босиком из ванной, оставляя по пути мокрые следы.

Услышав какой-то странный шум, она остановилась и прислушалась. К её превеликому удивлению, из холла доносился звук чьих-то неуверенных шагов.