Неудержимый. Книга II

Лететь до земли мне предстояло около пяти метров. Вроде не много, но для меня всё было как в замедленной съемке. Вот я создаю два ледяных лезвия в обеих руках, которые уже отвел немного назад, чтобы нанести точные удары. Вот я усиливаю ноги, чтобы не сломать их, прыгая с такой высоты. Вот энергия проседает почти на половину, после всех моих манипуляций. Усиление ног стоило мне в три раза дороже, оно и понятно, ноги же две и они больше чем руки. Как же всё сложно, когда у тебя энергии как кот наплакал.

Приземлившись на землю, время вернуло свой привычный ход. Дар отлично себя проявил, не угробив меня и мои ноги. Отпружинив от земли, я в прыжке вбил ледяное лезвие в горло магистру и обломал его конец. Теперь, даже если захочет его вытащить, то не сможет этого сделать. Эликсиры ты сука тоже не попьешь. На секунду мы встретились взглядами. Я хотел заглянуть в его глаза, хотел, чтобы он понял, что за ним пришла сама смерть. Но не увидел в них абсолютно ничего. Абсолютно белые, безжизненные зрачки, смотрели на меня. Ноль эмоций. Я удивился. Что же это за тварь такая? Тварь? Почему я так решил?

Думать было некогда. Мой полёт продолжался по направлению к бойцу, который находился рядом. Он среагировал машинально. Отклонившись немного назад, он пропустил моё лезвие в нескольких миллиметрах от своего горла. Повезло, но ему этот манёвр уже не поможет. Сформировав на конце пальца мелкий острый камень, я отправил его в лицо бедолаге.

Усиленного даром щелбана, хватило с лихвой, чтобы камушек пробил его череп и застрял внутри. Ну а я, зацепившись за его разгрузку, остановился и с усилением толкнул труп на следующую цель, сбив бойца с ног.

— Ты кто такой? — только и успел у меня спросить последний оставшийся на ногах боец.

Он быстро оценил ситуацию и попытался от меня сбежать, но ледяное лезвие, которое перекочевало в мою правую руку, впилось ему в затылок и он грохнулся плашмя на землю, проехав по опавшим листьям и иголкам пару метров вперёд.

Последнего бойца я решил не добивать. К тому же он вырубился от удара головой, своего мёртвого товарища, по зубам, выбив несколько из них. Я скривился, представив, как это должно быть больно.

С ним разберусь позже. Мне хотелось понять, кто же за всем этим стоит, чтобы избежать дальнейших проблем.

Подойдя к трупу яйцеголового, я со всей силы, смачно пнул ему по рёбрам. Ботинок впился в его тело, что меня сильно удивило. Я же бил без усиления, не мог же я проломить ему ребра, таким слабым ударом.