А в четвёртом месте, в узких кругах отставных военных, кто-то нарочито тихо, под большим секретом, сообщил на ухо другу, что княгиня собирает опытных ветеранов последних военных кампаний, тех самых, кому не смогли помочь придворные лекари, чтобы попытаться восстановить им утраченные конечности и подлечить старые раны с помощью внучки — но не просто так, не из благотворительности старой сумасбродной архимагички, как могли бы подумать некоторые, а ища надёжных, закалённых в боях людей чести, готовых служить роду Угаровых.
Как вы думаете, как скоро после таких тщательно запущенных слухов к нашему порогу потянулись вереницы желающих? Достаточно скоро, скажу я вам. Хотя началось всё немного иначе, куда прозаичнее.
Все два дня, выделенные мне на обустройство перед вступлением в должность, в особняке буквально стоял дым коромыслом, если можно так выразиться. Княгиня с только что прибывшей Эльзой с утра до ночи занимались расконсервацией особняка и его обживанием, что, учитывая годы запустения, было задачей не из лёгких.
Столичная резиденция Угаровых, надо сказать, была не лучше и не хуже соседских — добротный трёхэтажный особняк с небольшим, но уютным собственным парком и заросшим кувшинками прудом. Сам особняк выглядел столь же мрачно и готично, как и родное Химерово. Из украшений: всевозможные статуи, замысловатые барельефы и хищно ухмыляющиеся горгульи по карнизам. В парке, помимо вечно протекающего фонтана в виде нимфы, имелись искусно кованые беседки, запутанная сеть мощёных дорожек и даже небольшая оранжерея.
