Чехов. книга 9. Старое зеркало

Зарылся пальцами в волосы и покачал головой.

— Какой же я дурак, — пробормотал он, будто обращаясь к самому себе. — И ведь взрослый человек, а повел себя, как безусый малец. Стоило сразу понять, с кем я имею дело. Но эти господа говорили вежливо, не использовали слов, которые обычно в ходу у всяческого сброда.

— Некоторые из негодяев носят очень хорошие маски, — сказал я. — Есть среди них и те, кто облачен в дорогие костюмы и имеет достойное образование.

— Подумать только, — вновь пробормотал мужчина. — Я вам так благодарен, Павел Филиппович. Если бы не вы, то я бы пропал. Я ведь не далее как час назад всерьез подумывал, как сплести веревку...

Он закрыл лицо ладонями.

— Никогда, слышите, никогда не допускайте подобных мыслей, — строго заговорил я с Романом, и тот вскинул на меня затравленный взгляд. — Поверьте, вы всегда успеете уйти на другую сторону. Но произойти это должно без вашего участия.

— Да, вы правы, — кивнул мужчина. — Это была минутная слабость. И сейчас мне стыдно за нее.

Я покосился на призраков, которые стояли чуть поодаль и делали вид, что они ни при чем. Но я понял, что мысль о веревке внушал Роману кто-то из этих духов.

— Вы меня спасли, мастер Чехов. Уж не знаю, за что Искупитель послал вас ко мне...

Лыков растерянно посмотрел на меня, и нахмурился:

— Вы ведь пришли ко мне, я правильно понял? И чем я могу быть вам полезен?

— Вы правы. Я и впрямь пришел к вам по делу. И вы здорово поможете мне, если расскажете, что с вами случилось.

Дверь за спиной заскрипела, и я обернулся. На пороге палаты стояла Арина Родионовна. Девушка переступила с ноги на ногу, не решаясь подойти.

— Как вы, Павел Филиппович? — с тревогой уточнила она.

— Все хорошо, спасибо, — ответил я. — Проходите. Мы как раз только начали разговор.

Секретарь прошла в помещение. Взяла стул, который стоял в углу, и поставила его рядом с моим. Затем села на край сиденья. Коснулась кончиками пальцев моей ладони. И я почувствовал приятное покалывание, которое длилось всего долю секунды. По телу прокатилась волна лёгкой эйфории. Но девушка почти сразу же отдернула руку. Я же мотнул головой, отгоняя морок, и посмотрел на Лыкова, ожидая рассказа.

Распорядитель замялся и вернулся на свою кровать. И мне подумалось, что Роман не знал, как поведать о своей жизни так, чтобы его не сочли за сумасшедшего.

— Не переживайте, если ваша история покажется немного... странной, — ласково заговорила Арина Родионовна. — Поверьте, мы не станем осуждать вас или не доверять вашим словам.