Чехов. Книга 4

Девушка хотела было снять пиджак, но я оставил его на ее плечах. Вынул из кармана телефон.

— Вам до парадной идти будет холодно, — пояснил я и понял, что мне нравится, видеть свою вещь на Нечаевой. — Сообщите, когда доберетесь домой, пожалуйста.

— Спасибо за заботу, Павел… Филиппович, — она качнулась в мою сторону, а потом отшатнулась и скрылась в салоне. Я закрыл за ней дверь и дождался, пока автомобиль исчезнет за углом.

Лишь после этого позвонил Фоме. Тот ответил через пару гудков.

— Машину изволите, вашество? — спросил парень.

— Домой изволю. Сейчас подойду к парковке, — устало сообщил я. — Ты нагулялся?

— Я не такой, — хохотнул помощник и отключился.

Стало приятно на душе, что Фоме удалось хоть немного отдохнуть. Ему приходится много работать. Интересно, будет ли Виноградова против, если я попрошу выписать Питерскому премию?

* * *"

"Я вошел в дом, закрыл за собой дверь. Сделал шаг и едва не налетел на Любовь Федоровну. Призрак внезапно появилась передо мной, пройдя сквозь перекрытие:

— Как ты себя чувствуешь? — строго спросила она, внимательно рассматривая меня.

— Нормально, — отмахнулся я и сел в кресло. — Но признаться, меня озадачила такая забота.

— Если ты помрёшь при странных обстоятельствах, по комнатам будут бродить два призрака, — просто пояснила Виноградова. — А затем мой дом снова продадут, и плакали мои денежки.

— Вот теперь понятно, — ответил я и покосился на папку, в которой лежало незакрытое дело почтового работника. Неплохо было бы почитать подробности, чтобы завтра им и заняться. Но сейчас мне нужно было восстановить силы.

— Любовь Федоровна, в доме есть площадка для медитации? — уточнил я.

— Конечно, — удивлённо ответила призрак. — Это же приличное место, а не какой-нибудь второсортный притон. Идём.

Я встал с кресла и последовал за женщиной. Виноградова подвела меня к небольшой двери, которая вела в подвал:

— Идеально подходит для некроманта, — пояснила Любовь Федоровна и открыла передо мной дверь.

Мы спустились по ступенькам в просторную комнату, где Фома устроил себе мастерскую.

Но призрачная дама повела меня дальше, нажала на панель в стене и та откатилась в сторону.

— Чудеса, — выдохнул я.

— Были времена, когда такие вот двери были очень полезны. Когда-то здесь у меня была комната для отдыха, — вздохнула Виноградова и потянула на себя шнурок, включая свет. И под потолком загудели и замигали лампы.

Помещение было пустым и разгороженным на две части.