Шатун. Казачий князь

Что-то вроде грузового седла, на которое крепился груз. Но необычной формы, позволявшей держать ящики в стороне от тела животного. Таким образом они не давили коням на бока, но и не болтались из стороны в сторону. Удивлённо хмыкнув, Руслан кивнул и вернулся к текущим делам. Выехав с тропы в долину, он остановил отряд и, спешиваясь, приказал разворачивать орудия.

Миномётчики быстро установили мортиры, и Руслан, наведя один из миномётов так, чтобы мина разорвалась в стороне от домов, глухо скомандовал:

Блымкнуло, и мина со свистом ушла в нужном направлении. Спустя несколько секунд на окраине аула встал куст разрыва мины. Передёрнув затвор карабина, Руслан достал из перемётной сумы платок и, повязав его на ствол винтовки, сел в седло.

– Погоди, княже. Давай я с тобой пойду, и тварь эту заодно прихватим. Ну, чтобы сразу понятно было, кто нас сюда привёл, – остановил его Роман.

– Добро. Давай, – подумав, кивнул Шатун.

Пленника сняли с коня и, не развязывая, погнали в сторону аула. Руслан и следопыт ехали следом. Роман накинул петлю аркана пленному на шею, таким образом пресекая даже мысли о попытке бегства. Разорвавшаяся рядом с аулом мина заставила горцев отнестись к намерениям казаков со всей серьёзностью. Женщин и детей загнали в дома, а мужчины, вооружившись, засели за увалом, готовясь к бою.

Увидев людей с белым флагом, горцы, которым этот знак был хорошо известен, отправили на встречу своих парламентёров. Глядя, как к ним направляются четыре всадника, Шатун едва сдержался, чтобы не перестрелять их ещё на выезде из аула. Но присмотревшись, вдруг понял, что хорошо знает двоих из них. В середине четвёрки ехали тот самый ходжа, что освящал ладонь Аллаха перед боем, и Ахмат. Человек, гостивший в доме Руслана.

Оставшиеся двое Руслану были неизвестны, но один из них к горцам явно отношения не имел. Судя по тому, как напряглись плечи пленного, это был один из тех, кто командовал всей этой затеей. Двигаясь не спеша, с достоинством, горцы внимательно рассматривали и парламентёров, и всё, что творится за их спинами. О казачьих мортирах в горах ходило много слухов, но видеть их воочию довелось немногим. Когда до стоящих казаков осталось шагов двадцать, европеец не выдержал и, пришпорив коня, вырвался вперёд.

За три шага до пленного он осадил своего скакуна и, свесившись с седла, всмотрелся в лицо неизвестного. Имени его Руслан так и не удосужился узнать. Впрочем, оно ему было не интересно.