Френдзона

Я бы даже сказала: менее-менее масштабно. Да я эту закорюльку еле разглядела!

– Вот! Учись у Лизы, Инна, видеть прекрасное, – назидательно произнес Сашка и ласково щелкнул меня по носу. Как несмышленого ребенка. На сей раз его жест не вызвал во мне никаких мурашек. Захотелось в ответ кулаком треснуть в нос обоих.

– Ладненько, вы восторгайтесь дальше, а я пройдусь еще посмотрю, что тут есть. Буду выгуливать свою темную глупую душонку.

Фу, как бесит! Так она и слышит скрипичные звуки. Ей бы лучше скрипичным ключом по кудрявой башке…

Так я забрела в античный зал. Не скажу, что раздетые древние статуи подействовали на меня умиротворяюще. Но тут хотя бы видно – это люди. А не осьминоги со скрипками в щупальцах.

В этом зале было прохладно и немноголюдно. Поэтому я без труда заприметила уже известную ядовито-оранжевую ветровку. Кораблев. Рядом с ним стояла хрупкая светловолосая девушка. Антон, как обычно, травил байки, а его спутница тихо хихикала. И если это Маринка, с которой он недавно целовался, то, значит, я ее сто лет не видела. Как девчонка изменилась.

– Вот черт! – прошипела я. Будет некстати, если одноклассник заметит меня. Ведь тут к гадалке не ходи, что я обо всем доложу подруге.

Я решила понаблюдать за парочкой со стороны. Вот ведь чувствовала, что он еще тот козел. И правда, хорош!

Я не нашла ничего более умного, чем спрятаться за статую какого-то раздетого античного мужчины. Периодически выглядывая у него из-за спины."

"Антон с белобрысой еще потоптались минут десять у каких-то древних сосудов и, наконец, перешли в зал современного искусства. Класс, кажется, меня не заметили.

– Зырянцева! – зашипел кто-то мне в ухо.

– А? – растерянно отозвалась я.

– У тебя гормончики заиграли, что ли? – это Сашка. Вот дурак, о чем он? – Ты чего к голому мужику пристроилась?

– Тише ты! Не привлекай ко мне внимание. А то меня вон та пожилая тетенька из зала выставит.

– И правильно сделает. Смотри, уже недобро глядит на тебя. Поди, это ее ухажер.

– Да ну тебя! Скучная выставка, я домой.

– Погоди, мы с Лизой тоже уходим, проводим тебя до остановки.

– Какая честь! – проворчала я.

За прошедшие несколько дней погода существенно испортилась. Как только мы вышли из здания, в лицо ударил прохладный, почти октябрьский ветер. На улице пахло дождем и жухлыми листьями. Лиза со смехом подхватила развевающуюся юбку. Холодный воздух оголил ее стройные длинные ноги. Сашка пялился на свою пассию с откровенным восхищением.