Загадки старинных кладов

Вся его жизнь протекла в совершенно ином мире, но он все же решил вернуться. Воспользовавшись объявленной в СССР амнистией, он приехал на родину и устроился работать на Урале. И там он встретил приехавшего работать по контракту инженера из Калифорнии.

Воспоминания о лежащем неподалеку сокровище обуяли Богданова, и он уговорил американца помочь ему в одном необычном "деле". Дело заключалось в том, что на джипе инженера они доехали до пребывающего в полном запустении склепа на кладбище села Старая Козулька и под покровом ночи извлекли из него несколько ящиков с золотыми монетами и слитками. Далее они без промедления принялись готовиться покинуть СССР, что в те времена было не так-то просто сделать. В результате изучения всевозможных вариантов они решили, что легче всего будет проскочить на участке горной границы между Грузией (которая тогда была частью СССР) и Турцией. Но попытка, как известно, не удалась. Богданов был убит, а тайна клада оказалась раскрыта.

Теперь рассмотрим вопрос о сохранности самого восточного из колчаковских кладов, захороненного в окрестностях станции Тайга. Повествование свое мы начнем с анализа стандартной папки из архива КГБ Эстонской ССР. Дело как дело, таких были тысячи. По обвинению в заурядном мошенничестве некоего Карла Пуррока.

Судя по "громким" подписям, дело тянуло как минимум на покушение на основы государственной власти, а в итоге — статья 169 ч. 2 УК РСФСР (мошенничество) и 5 лет колонии общего режима. И подсудимый не был ни генералом, ни сотрудником спецслужб, ни народным артистом. Так, обычный рядовой гражданин из Эстонии (всего год назад вошедшей в состав СССР). Давайте ознакомимся с этим делом поподробнее, особенно с фигурировавшим в нем Карлом Мартыновичем Пурроком. Оказывается, он в 1910 г. выехал с родителями из Эстляндской губернии на Алтай, где по инициативе П.А. Столыпина безвозмездно раздавались степные, луговые и лесные угодья. В начале 1919 г. 26-летнего Карла мобилизовали в колчаковские войска. Вначале он служил рядовым, а затем перевели в старшие писари 21-го пехотного запасного полка и присвоили звание фельдфебеля.

К октябрю белым войскам пришлось несладко: они отступали от Барнаула через Омск и Новосибирск, а "красные" шли по пятам, норовя окружить противника. К тому же соблазнял и объемистый обоз в 100 подвод, конвоируемый полком.

Но только 2 человека из всего полка знали о том, что перевозятся и несколько ящиков с золотом — сам командир полка Жвакин или Жвачин и… Карл Пуррок.