Хранительница царских тайн

Потом увидел обглоданную кору дерева и сообразил, что там долго стояла привязанная лошадь. А рядом следы от саней. Неподалеку – лыжня.

– А при чем тут лыжники? – спросил Филиппов, запахивая расстегнутую куртку.

– В том-то и дело, что не лыжники это были.

– Лыжня. Только от снегохода. И лошадь ту гнали на снегоходе. Я только тогда связал все воедино, когда узнал от свидетельницы подробности ночной встречи на дороге.

– И скажи-ка ты мне, Сергей Василич, какому же чудаку всю эту хренотень разыграть приспичило? – вспылил Филиппов. – Не думал ты, что дамочка твоя, свидетельница, сама при делах? Приехала средь ночи неизвестно зачем, успела встретить и разглядеть убитую, да еще пробраться в ее дом. И надо же какое стечение обстоятельств – именно в это время там грохнули итальянца. К чему бы это?

– Остынь. Разберемся. Меня сейчас вот что интересует – где они убивали Алину Бекешеву? Не исключено, что в дом можно проникнуть другим путем.

– Тебе видней. Только предупреждаю… по-дружески. Рахимов версию с дамочкой Асфальтовичу уже изложил, похоже, тот за нее ухватился. Сейчас твою свидетельницу по всем направлениям прозванивают. Так что поимей в виду.

«Асфальтовичем» в управлении называли начальника Сергея – Александра Освальдовича Григорьева. Дело принимало странный оборот.

– Добрый день, Таисия Титовна, – Полина заглянула на кухню. – Мне нужно подняться наверх. Я забыла свою сумочку.

– Тут повсюду полицейские… Господи, голубушка, да на вас же лица нет! – всплеснула руками женщина. – Ну, да, понятно, ведь вы совсем не спали прошедшей ночью.

– Я поспала утром в машине.

– Так, – Таисия Титовна решительно огляделась. – Сейчас вы что-нибудь съедите, выпьете чаю, а потом подниметесь наверх и хорошенько выспитесь. Я не позволю вам сесть за руль в таком состоянии.

Разгладив руками складки передника, она поднялась со стула и направилась к холодильнику.

Пока Таисия Титовна выкладывала еду и заваривала чай, Полина молча разглядывала ее. Серьезная, плотного сложения женщина. Наверное, ей было за шестьдесят. Немного уставшее, но еще моложавое лицо, убранные в аккуратный пучок волосы без намека на седину. Свободного покроя темно-синее платье, подхваченное в талии белоснежным передником – образец вышколенной прислуги или хозяйки, посвятившей дому всю свою жизнь.

– Вот полотенце, вы знаете, где помыть руки. Потом – живо за стол, – сказала Таисия Титовна.

Полина взяла полотенце и поднялась на второй этаж.