В одно касание

У меня в голове всплывает мерзкая картинка: парень облокачивается на стойку бара, болтает с ней. Улыбается. Его взгляд падает на ее рот, на сиськи. Может, он протягивает руку и убирает прядь волос ей за ухо, как-то флиртует. У меня раздуваются ноздри.

Мне не нравится эта мысль. Мне она охренительно не нравится. У меня трясется колено, и я гляжу в пустоту.

Я вздрагиваю и прихожу в себя.

Мама равнодушно пожимает плечами.

– Почему бы тебе не съездить к Пиппе? В Силвер-Фоллс очень мило, и я уверена, она будет рада показать тебе свой родной город.

Мое колено продолжает трястись, пока я обдумываю это предложение. Я из кожи вон лезу без нее.

Мама Миллера живет в пяти минутах отсюда, и я уверен, он проводит праздники здесь. И у меня есть странное подозрение, что он примчится сюда мгновенно, если я попрошу.

А еще она ищет психотерапевта. Это огромный шаг.

– Ладно, – киваю я. – Я поеду в Силвер-Фоллс.

ЭТО БЫЛА самая длинная неделя в моей жизни.

– Пиппа! – Хейзел открывает глаза и смотрит на меня со стула напротив окна, выходящего на задний двор. Она все еще в пижаме, а на голове у нее настоящее гнездо.

Я валяюсь под одеялом на диване, тоже в пижаме и с таким же гнездом на голове, и вяло смотрю в то же окно на заснеженные деревья. Красиво, но мне наплевать.

– Я пытаюсь медитировать, а ты без конца вздыхаешь, – окидывает она меня одновременно веселым и раздраженным взглядом.

Она вскидывает бровь, и у меня внутри все сжимается. Завтра новогодняя ночь, а потом мы поедем домой.

Я абсолютно не представляю, что делать с моей школьной влюбленностью, которая переросла в полноценные чувства к самому сексуальному парню в мире. Он мне нравится, и даже, наверное, больше, но я не хочу сейчас и думать в этом направлении. Я просто пытаюсь понять, как быть.

Нутро мне подсказывает, что он чувствует то же самое, но после того, что он рассказал об Эрин? Вероятно, он будет не готов услышать признание. И это будет просто убийственно – рассказать ему все и встретить глухую стену.

Меня раздирают сомнения, так что я просто сижу в комнате, смотрю в окно и действую Хейзел на нервы, пытаясь на что-то решиться.

Тут у меня на телефоне загорается сообщение.

Глупая, наивная надежда баламутит и волнует мою грудь. Точки появляются, исчезают и появляются снова.

Сердце от радости подскакивает к горлу, и я просто сияю, глядя на телефон.

– Что происходит? – спрашивает с усмешкой Хейзел.

У меня падает челюсть.