В одно касание

Он тоже смотрит на меня, облокотясь на изголовье кровати. Его глубокие зеленые глаза затуманились от похоти, и та точка, к которой он мгновение назад прижимал игрушку, снова начинает тепло тянуть. Я вижу очертания его члена, портящие идеальную посадку обтягивающих черных боксеров, и огонь у меня внутри разгорается с новой силой.

Когда я заставляю себя перевести взгляд на Джейми, я вижу боль в его глазах.

– Не смотри на меня так, – умоляет он, раздувая ноздри. – Это должно касаться только тебя.

Я снова опускаю глаза на член Джейми, и он дергается под моим взглядом. Я гляжу на него с ироничной улыбкой.

Мой взгляд блуждает по его торсу – по всем впадинам и равнинам, по гладкой груди и точеному прессу, и меня переполняет желание позаботиться о нем, подарить ему то, что больше никто не может. Он такой сознательный, осторожный, готов защищать все и вся, но прямо сейчас мне хочется, чтобы он испытал то же головокружительное удовольствие, что и я минуту назад.

Я поднимаю руку и поглаживаю его член сквозь ткань боксеров.

– Черт, – тихо бормочет он, откидывая голову назад и опустив отяжелевшие веки.

Его реакция меня воодушевляет, и я медленно поглаживаю его еще раз. Он такой твердый, такой крепкий, и, когда я представляю, каково будет ощущать его внутри себя, у меня сводит бедра.

Я уже знаю, что это будет потрясающе. Может, даже немножко больно, и меня это странно возбуждает.

Пройдясь по нему еще раз, я задерживаюсь на головке и провожу по ней большим пальцем. Ткань влажная от первых капель, и он издает глухой стон, сжав челюсти.

Он сильнее стискивает зубы, и меня опьяняет ощущение власти. Я едва его касаюсь, а он издает все эти звуки, которые я обязательно вспомню, когда буду пользоваться своей игрушкой в следующий раз. Внезапно меня охватывает странная решимость, и я стягиваю резинку трусов, позволяя его члену выпрыгнуть наружу.

Член Джейми великолепен – толстый, длинный, мощный. Самый красивый член, что я видела. Неудивительно, что он уделяет ему столько внимания в своей комнате. Еще одна капелька выступает у него на головке, и когда я убираю ее пальцем, он судорожно вздыхает.

– Все нормально? – мягко спрашиваю я.

Он отрывисто кивает. Я подношу палец ко рту и облизываю его, чувствуя соленый вкус. Его кадык гуляет в горле.

– Господи боже, – бормочет он срывающимся голосом. Его взгляд сковывает меня – он сверкает такой яростной страстью, что я вздрагиваю. – Тебе понравилось?

Я киваю, улыбаюсь и продолжаю его поглаживать.

– С тобой весело играть.