Ведьмы, карта, карабин

Показалось даже, будто под казенным одеянием нет нижнего белья, и сразу стало немного неловко бояться столь… открытого и расположенного к тебе человека.

Но я испугался. И потому резко замер на месте и даже попятился назад. Охранники быстро разошлись в разные стороны, а вот дежурные валькирии остались стоять у регистратуры, как если бы все шло своим чередом. Да и пациенты спокойно проходили мимо, словно нас не существовало вовсе. Дело точно было в каком-то отводящем глаза заклинании.

— Вячеслав Владимирович! — обворожительно улыбнулась «Тамара Павловна», и от ее грудного голоса у меня побежали мурашки. — Какая неожиданная встреча!

— Мы уходим! — решительно заявил старший охранник, ухватил меня под руку и потянул к входной двери в обход валькирии.

— Не советую, — покачала головой ведьма. — Слава, ты ведь не хочешь меня расстроить? Ведь правда?

— Боюсь, у меня возникли неотложные дела… — пробормотал я, сдвигаясь в сторону, — где-то в другом месте. Совсем в другом…

— Стойте!

Приказ приморозил ноги к полу, но вместо паники и безволия на меня вдруг накатила злость.

— Хватит! — рыкнул я. — Не слышала? Мы уходим!

— Нет желания пообщаться со мной наедине? — немедленно сменила стратегию ведьма и обворожительно улыбнулась. — Это в ваших же интересах, Вячеслав Владимирович. Уж поверьте.

Двусмысленное предложение прозвучало призывом к переговорам, но я не собирался задерживаться в Госпитале дольше необходимого. Ведьмы — мастера манипулирования, им ничего не стоит залезть человеку в голову и запудрить мозги.

— Хотите что-то от меня получить? — покривился я. — Озвучьте сумму.

Такой ответ оказался для девушки полной неожиданностью, но виду она не подала.

— Полагаете, все можно купить? — спросила ведьма и приблизилась, покачивая бедрами. — Для вас все имеет свою цену?

Навстречу ей немедленно заступил охранник.

— Пожалуйста, — твердо произнес он, — ближе не надо.

Я откашлялся, прочищая горло.

— Если у меня возникла мысль что-то купить или что-то продать — значит, это продается и покупается. По-настоящему важные вещи таких позывов не вызывают. Поэтому жду ваших предложений.

— И во сколько, интересно, вы оцениваете собственную жизнь? Это не угроза, мне просто интересно. Некоторые поступки не остаются без последствий, нужны надежные друзья, чтобы их избежать.

Я сразу сообразил, что это намек на мою причастность к убийству Сома, но лишь беспечно пожал плечами и бочком двинулся на выход.

— Жизнь бесценна, но глупость значительно ее обесценивает.