Ведьмы, карта, карабин

"

"Проехал промзоны, Чайнатаун, общаги, проскочил перекресток с Южным бульваром, вон здание комендатуры слева, сейчас стоянка — и там торможу, вызваниваю заблудшего, а то дальше разворачиваться будет плохо, машина здоровая, а дорога неширокая плюс очередь.

Хмеля я увидел, он уже прошел КПП, но машины, понятное дело не узнал. Набрал его, помахал рукой, он быстрым шагом направился ко мне. Так с виду вроде бы цел, все нормально…

— Это что за пепелац? — спросил он, показав на «Майти Майка».

О-о, а звучит он действительно категорически в нос, мне по телефону не показалось. Глаза красные, и этим самым носом хлюпает.

— Пригнали, — махнул я рукой. — Ты чего соплями гремишь?

— Да простудился, сутки через лес по сугробам греб. — Хмель полез в кабину с пассажирской стороны. — А там местами уже и вода под снегом. Мокрый был — хоть выжимай.

— О! — воздел я указующий перст в потолок кабины, усаживаясь за руль. — А ты никогда не задавался вопросом — чего это мы едем в Лудино, а одеваемся как на охоту или войну? Вот именно поэтому. Брал бы с нас пример — был бы здоров.

— Хорошо, что живой, — прохрипел Хмель.

— Так погоди, я уже ничего не понимаю. — Я начал сдавать задом, ориентируясь по боковым зеркалам. — Тебя увезли? Или ты где-то с бабами завис?

— Тебе бы так зависнуть!

— Тогда рассказывай. — Я пропустил тентованную «газель», едущую от КПП, и вывернул на дорогу. — Потому что я уже придумывал, как тебя из Города спасать. А как ты спасся, к слову?

— Город тут не при делах. — Хмель замотал головой и полез в карман за носовым платком. — Это не Город.

— А кто?

— Лига, мать ее. — Хмель закашлялся, да еще так, что в воздухе буквально материализовалось слово «бронхит». — Ведьмы. Дома расскажу, там надолго разговор. Это что за бандура? — Он постучал по металлической панели перед собой.

— Пригнали же, говорю. Можно будет прямо на ней туда, больше всякого товара натащим.

— Ты у докторов уже был, как вернулся?

— Это ты мне про докторов заливать сейчас будешь? — засмеялся я.

Хмель3 мая, воскресеньеНа разговор собрались у меня. И не у меня — в баре или подвале, а у меня в спальне.

Я валялся в кровати, сморкался и отпаивался чаем с травами, точнее, пытался отбить им мерзкий вкус прописанных микстур. Саня-чародей проверял мою одежду на предмет магических маячков, а Николай Гордеев, который и добросил до бара на своем монструозного вида грузовике, развалился в кресле и пил пиво. Ивана звать не стали, он распоряжался внизу.