Два капитана

Потому что он прекрасно знает, что это такое, когда вокруг круглые сутки стоит гвалт, кто-то отчего-то мечется, с кем-то спорит, смеется, кричит, плачет. Именно благодаря этому Безарт рано стал самостоятельным, и именно поэтому он сейчас завтракал в одиночестве.

Обед – это святое. Если у главы семейства выдается такая возможность, то на обед все собираются в большой гостиной. Семья должна чувствовать единство, так что общий обед – это традиция. Ужин – совсем другое. Ужинать Безарту чаще всего приходилось, решая какие-то вопросы, ну или отдыхая. И в том и в другом случае домой он возвращался поздно.

А вот завтрак Цана оставил себе. Только себе и больше никому. Даже гувернантка не подавала блюда по очереди. Когда Безарт спускался в малую гостиную с видом на сад и бассейн, завтрак стоял на столе, и вокруг никого не было. Тридцать-сорок минут глава албанской диаспоры в Порто-Франко оставался в полном одиночестве, наслаждаясь им так же, как и пищей. Приводил свои мысли в порядок, планировал дела на текущий день. Да просто наслаждался видом сада. Это были только его тридцать-сорок минут.

Да, только его. Но сегодня они уже закончились, пора было приступать к делам. Безарт со вздохом встал из-за стола и направился на второй этаж к себе в кабинет.

Возле дверей его ждал правая рука и по совместительству начальник службы безопасности Энвер. Они знают друг друга с детства, вместе ходили в набеги на сербов, вместе воевали в Косово, вместе перебрались сюда. Не раз спасали друг друга и умели делить не только краюху хлеба, но и чемоданчик с баксами. Что, как показало время, намного труднее.

Безарт протянул руку и поздоровался со старым товарищем:

– Доброе утро, Энвер.

Энвер в ответ пожал протянутую руку и слегка склонил голову.

– Доброе.

Это одно из качеств, за которое Цана и приблизил его к себе – Энвер всегда знал свое место. Насколько он был строг с подчиненными, настолько же почтителен с шефом.

– Проходи, присаживайся.

Безарт своим ключом отомкнул дверь кабинета и прошел к креслу из дагомейской липы. Древесина желто-молочного цвета, без ярко выраженной текстуры, но очень прочная. А самое главное, если ее ничем не покрывать, долго источает нежнейший, едва уловимый запах липового цвета. За что и получила свое название.

– Ну, рассказывай что у нас нового? Танкер пришел? – первым делом поинтересовался Безарт, когда верный помощник занял свое место за приставленным к его рабочему столу столом попроще.