Штаб-капитан Магу-2

Поиски баронессы затянулись, что еще сильнее распалило штаб-капитана. Биргет сама выдала свое местоположение, выглянув из спальни на производимый офицером шум.

Увидев Алекса, женщина спешно скрылась обратно. Издав звук больше похожий на рычание, офицер устремился вслед за своей жертвой, попутно дергая тугую пряжку поясного ремня. Дверь оказалась незапертой, потому и уцелела. При появлении насильника на пороге спальни, женщина успела только пискнуть.

Баронесса готовилась отойти ко сну, потому и одежды на ней был самый минимум. Избавление от него не заняло много времени. Намного дольше ей пришлось ожидать, пока перевозбужденный кавалер справится со всеми своими ремнями, пряжками и застежками. Долго в деле Алекс не продержался, но даже в такой ситуации Биргет ухитрилась получить свое удовольствие. А потому только лениво выговорила завалившемуся на вдовье ложе любовнику.

- Фи, Алекс, в сапогах на кровать...

Вступать с ней в дискуссию не было ни малейшего желания, как и желания, стянуть щегольские хромовые сапоги с зауженными голенищами. На ногах они смотрелись красиво, но снимать и надевать их было настоящим мучением. Вместо этого Алекс начал подготовку к предстоящему отступлению на исходные позиции.

Баронесса приподнялась из разворошенной постели, опираясь на локоть.

- Ты бы хоть рассказал, кто тебя так распаляет, что ты опять начал бегать ко мне.

- Тебя это не касается, - огрызнулся офицер.

- Я бы сказала, не касается, а в меня вторгается.

Заодно ловкие пальчики баронессы начали проверку состояния развалившегося на кровати мужчины на предмет, а нельзя ли получить от него что-нибудь еще.

Алекс решительно пресек попытку женщины продолжить общение. Подорвавшись с ложа своего грехопадения, он спешно начал приводить свое обмундирование в исходный, приличествующий офицеру вид.

- Ну и ладно, сама все узнаю.

Женщина так выгнулась на перине, чтобы продемонстрировать кавалеру достоинства своего тела наиболее выгодным образом. Не подействовало. Все, что ему было нужно, он уже получил, самое время было предаться мукам совести. Справляясь с последней пряжкой на ремне, Алекс подумал, что раньше она была не такой тугой. "Не иначе, толстеть начинаю", огорчился офицер.

Так, пребывая в расстроенных чувствах, штаб-капитан вышел из особняка, отвязал лошадь и взобрался в седло. После короткого раздумья, в какую сторону направить свою лошадь, выбрал расположение батальона.