До того как

О книжках она и то искренней рассуждает, чем об умениях милого бойфренда ублажить ее.

– Нет… Он к тебе не прикасался ни разу… по-настоящему."

"Ее рот приоткрыт, и я практически слышу, как из горла доносится бешеный стук сердца. Неужели она не понимает, как ее прерывистое дыхание и полные губы меня заводят? Видно ли по глазам, как сильно я хочу намотать ее волосы на кулак, развернуть ее к себе и поцеловать?

Вот ее тело точно знает об этом. Знает.

– Не твое дело.

Наверное, если носить максу так долго, как носит она, то эту маску уже не снимешь. Либо же Тесса просто чувствует себя невидимкой.

– Ты даже не представляешь, как хорошо я могу тебе сделать. – Подступаю ближе. Ну, дай мне тебя убедить, дай показать… Еще чуть-чуть, и начну молить ее.

Снова упершись в стену, Тесса затравленно озирается, ищет, куда отступить. Дышит бурно. Наконец мои чары действуют.

– Да ладно, признаваться не обязательно. Я и так вижу.

Тесса ахает – казалось бы, такой невинный звук, но мне все ясно. Она хочет большего; разум и тело изнемогают.

– Пульс участился, да? Во рту пересохло, и у тебя это чувство… внизу. Я прав, Тереза?

Воображаю, как она голая лежит передо мной, как я провожу пальцами по ее влажной киске.

Сделав резкий вдох, Тесса спешит отвернуться.

– Ошибаешься.

Нет, она знает: я прав.

– Я не ошибаюсь, никогда. Только не в таких делах.

Тесса вздыхает. Я на верном пути.

– Зачем ты твердишь, будто я кидаюсь на тебя, если сам зажимаешь меня в угол?

– Затем, что первый ход сделала ты. – Смеюсь. – Я удивился не меньше твоего.

– Я была пьяна, ночь выдалась долгая… Я запуталась, а ты был добр… по-своему добр.

По-своему добр? Я исключительно добр, ведь на то есть причина – пари.

Тесса садится на краешек тротуара. Оглядываюсь – не смотрит ли кто. Все спокойно – прохожие внимания не обращают.

– Я с тобой вовсе не подл, – говорю. Считает ли Тесса иначе?

– А вообще ты из кожи вон лезешь, только бы насолить мне. И не мне одной – всем. Просто со мной ты особенно груб.

Особенно груб? Да я ласков с ней, как с котенком!

– Это не так. Я с тобой не грубей, чем с остальным человечеством.

Тесса внезапно вскакивает на ноги.

– Зачем я трачу на тебя время?

Она вот-вот уйдет, а я не хочу ее отпускать. Не хочу?

Нет, не хочу. Я плохо умею извиняться, особенно если не вижу, за что, но сейчас лучше сказать по-человечески «извини». Я быстро выяснил, что Тесса падка на извинения.

– Эй, ну прости. Присядь, – прошу я вкрадчивым тоном, который нравится девчонкам.