До того как

Тесса стонет и, схватив меня за руку, тоже берет их в рот.

Проклятье, что она со мной делает!"

"Покусывая мои пальцы, она неотрывно смотрит мне в глаза. Прижимаюсь к ней – пусть ощутит мой быстро восставший член. Стягиваю с нее шортики вместе с трусиками. Они застревают где-то у щиколоток, и Тесса отчаянно лягается, чтобы стряхнуть их. Она хочет меня, уже не может без меня. Целую ее в шею, а она хватает меня за член. Страсть нас обоих сводит с ума. Тесса спешит меня раздеть, повалить и оседлать. Слабости в ней как не бывало; она наклоняется и берет в рот. Ласкает язычком головку, слизывает капельку смазки. Двигаясь в размеренном темпе, заглатывает меня с каждым разом все глубже, а я лежу и постанываю: «Тесса… Тесса…»

Откинув голову, хватаю Тессу за сиськи. Они стали еще больше, ведь она кормит грудью. Такие изменения Тессе по душе, она явно не против, что у меня новые «игрушки».

– Ч-черт, как же мне нравятся твои сиськи.

Тесса сосет жестче, и я чувствую растущее в спине напряжение. Запускаю пальцы ей в волосы, и Тесса поднимает голову; глядя на меня, облизывает губы. Приподнимается на локтях и кладет титяндры мне на член. Я задыхаюсь, как пес, который целый день провел без хозяина и ждет, чтобы его приласкали. Зажав член между буферами, Тесса успевает скользнуть ими раза три, как я кончаю. Она смотрит на меня, раскрасневшаяся, и облизывается.

Встав, она оглядывает грудь.

– Мне надо в душ, – говорит.

Все еще тяжело дыша, протягиваю ей свою черную футболку, но Тесса отклоняет ее и направляется к двери. С годами ей стало меньше нравиться обтираться моими футболками. Она говорит, что так неправильно и, вообще, есть полотенца.

Следом за ней иду в душ и я, мысленно перечисляя способы, какими ей можно отплатить.

Ее грудь просто чудесно расплющивается о стекло. Зеркало на стене в ванной – один из лучших элементов декора в нашей квартирке.

Хесса. Пасха

Сквозь туман сна пробивается голос Тессы:

– Хардин! Оден уже встал. Надо разбудить Эмери, пусть поищут пасхальные корзинки.

Она трясет меня за плечо.

– Хардин, вставай, – еле сдерживая возбуждение, шепчет мне Тесса.

Вот бы меня так до конца жизни будили.

Я со стоном приоткрываю глаза и прижимаю Тессу к себе.

– Что за шум? – спрашиваю и целую ее в висок. Убираю с лица волосы, что лезут в нос. Чувствую боком голые груди Тессы.

Она просовывает небритую коленку мне между ног, и я в шутку отдергиваюсь.

– Пока дети ищут подарки, я хочу позавтракать, так что вставай.