Одри, герцогиня Йорк

Потребуется, останусь в ином измерении и буду воевать с демонами, пока не кончится мана. Всё ради того, чтобы дать шанс нашему миру. Дети, герцог Дэйден, они ведь ни в чём не виноваты. Ваши потомки тоже здесь живут. Я их видела, — вдруг добавила она. Хранитель резко к ней обернулся, впервые на его полупрозрачном лице мелькнули хоть какие-то эмоции.

— Видела?

— Да. Хотите, покажу, как они выглядят?

Согласный кивок и Лора протянула ему раскрытые ладони, Горгорен, не раздумывая, вложил в них свои, и оба моих хранителя замерли, будто окаменев.

— Я сделаю всё, леди Одри, — обернулся он ко мне минуту спустя. — Всё, что вы скажете и даже больше!

Глава 58

Я стояла напротив зеркала и не могла поверить, что это я.

Моё свадебное платье — воплощение элегантности и тонкого вкуса. Пошитое из нежного шёлка, который при каждом движении красиво переливался. Платье имело приталенный силуэт, подчёркивающий фигуру, с лаконичным скромным V-образным вырезом, украшенным тонким кружевом. Длинные рукава покрывала затейливая вышивка серебряной нитью со вставками из жемчуга, придававшая всему образу нотку королевской изысканности.

Подол плавно расширялся от бёдер и в итоге свободно ниспадал на пол, за спиной он был чуть длиннее, эдакий шлейф. Наряд застёгивался со спины на внушительный ряд мелких жемчужных пуговиц.

Длинная белоснежная фата завершала мой свадебный образ.

— Как же вы так быстро выросли, ледюшка? — Грета стояла чуть в стороне и платком вытирала проступившие слёзы. — Не так давно ведь приехали, такая махонькая, как воробушек. И вот… уже невеста. Красивая-я-я, — и громкий всхлип.

— Полностью с вами согласна, Грета, — кивнула леди Элея, сидевшая в кресле напротив, и тоже едва сдерживавшая блестевшие на глазах солёные капельки.

— Грета, ну вы чего? Не гоже в такой день расстраивать нашу леди, — попеняла ключнице Агнесса, поправляя мне фату. — Леди Бакрей, вы тоже не раскисайте.

— Да-да, — экономка постаралась взять себя в руки: глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

— Верно говоришь, Агнесс, — кивнула дуэнья.

Я молчала, думая о том, что совсем не похожа на родительницу, разве что цветом волос — золотые, густые, шелковистые, от вороньего гнезда не осталось и следа. Всё остальное бывшей хозяйке тела досталось от Йорков, а пробудившийся дар изрядно облагородил исходные данные. Безо всякого сомнения, Одри, то есть я, стала привлекательной девушкой. Но всё же не настолько, как Николетта, и далеко не как Лоерея.