Одри, герцогиня Йорк

А что, уже вечер?

— Нет, милая моя, ночь, — женщина ткнула пальцем в распахнутое окно, где весело перемигивались звёзд, а луна стыдливо прятала свой лик за полупрозрачной облачной вуалью.

— Ох, ничего ж себе! — выдохнула я. — Доброй ночи! — пожелала дуэнье, та кивнула и, прежде чем покинуть кабинет, поинтересовалась:

— Ты до утра, как обычно?

— Нет, скоро тоже пойду. Завтра у нас гости.

— Неужто Ульрих и Карл прибудут?

— Они самые, — кивнула я, задумчиво рассматривая прототип автомата Калашникова, который я нарисовала на листе бумаги и теперь думала взять за основу будущего магического оружия. На ещё одном листе была изображена ручная наступательная граната ргд-5 в разрезе.

— Ну, к Ликону я, кажется, привыкла. А вот Карла и его советника… этих двоих век бы не видеть, — честно призналась старушка и, пожелав мне спокойной ночи, тихо удалилась.

Я же сложила чертежи в папку и спрятала её в ящик стола.

Долго ждать не пришлось: в дверь едва слышно дробно постучали и тут же бесшумно распахнули.

Лиам замер на пороге и смотрел точно на меня, на его губах расцвела лёгкая, озорная улыбка.

— Долго же леди Элея терпела, — негромко сказал он, войдя в кабинет. — Дольше, чем вчера.

— Уверена, она подозревает меня в нехороших, постыдных делишках, — я не сдержалась и рассмеялась. Шагнула в объятия Кенсингтона и прижалась щекой к его мускулистой груди. Мерный стук сердца, тепло, идущее от любимого мужчины, подействовали успокаивающе. Я смежила веки и глубоко вдохнула: Лиам пах лесной травой и Ринниром. — Купался?

— Да, сходили с ребятами, освежились, — ответил любимый и положил подбородок мне на макушку, потёрся. — Список кандидатов я составил.

— Хорошо, — вздохнула я. — Такие молодые ребята, и многие ведь согласятся добровольно пойти с нами. А там демонов наверняка не один-два, куда больше.

— Я не могу запретить тебе думать обо всём этом. Прошу лишь, не накручивай лишнего. Ты слишком много на себя берёшь.

— Звучит не очень.

— Правда она такая, частенько неприятная.

— Угу, — кивнула и откинулась в кольце его рук, чтобы посмотреть в серо-голубые глаза жениха. — Я ведь одна собралась спасать наш мир.

— Знаю.

— Раз знал, то почему ни разу не заговорил со мной на эту тему?

— Потому что одна ты бы всё равно никуда не пошла.

— И кто бы мне помешал?

— Не кто, а что. И это твоё благоразумие. Ты ни разу не самоубийца, реально оценила свою боевую подготовку, она у тебя, если честно, оставляет желать лучшего.