Одри, герцогиня Йорк

Хаасс остаёшься с графом, ежели что, подсоби. Удачной охоты, Лиам! — и, мысленно послав приказ своей стае варлаков, тронулся в путь, в сторону Аархуса.

Остался лишь один хищник по имени Хаасс: его шкура светло-серого цвета красиво мерцала в свете луны, а острые длинные клыки внушали подспудный страх.

— Что же, Хаасс, давай найдём ту, что натворила так много бед, — погладив широкий лоб животного, Лиам вынул из специального чехла подзорную трубу, переделанную в следилку, и приложил к правому глазу.

— Нам туда! — мужчина махнул рукой на юго-восток, сел верхом на варлака и тот мощными прыжками пересёк поляну и нырнул под сень деревьев.

Великий лес, его вторая, но не меньшая по площади часть, расположенная по эту сторону гор, вызывала тот же священный трепет. Каждый звук, каждая тень — будоражили кровь, казалось, за Лиамом наблюдают десятки глаз, от просто любопытных до алчущих вкусить его крови."

"Высокие, плотно растущие деревья, своими переплетёнными где-то высоко-высоко ветвями создавали густую крону, через которую едва пробивался лунный свет. Хаас бежал легко и бесшумно, чутко отслеживая направление, задаваемое всадникаом и выбирая самые безопасные неприметные тропы.

Холодный ночной воздух овевал разгорячённую кожу лица лорда, наполнял грудь запахами мха, прелой листвы, влажной земли и хвои. Ощущение свободы — к такому сложно привыкнуть, и Лиам наслаждался ночной поездкой, не забывая цепко смотреть по сторонам.

Через некоторое время, придержав зверя, снова приложил подзорную трубу к глазу.

— Вот ты где… — хищно усмехнулся граф, в темноте блеснули белоснежные зубы, азарт бурлил в крови, адреналин стучал в висках. — Ты за всё поплатишься!

* * *Аманида спешила уйти вглубь леса, чтобы спрятаться и переждать. Она не боялась живности, здесь обитающей: хозяин одарил её охранным артефактом, а феи навряд ли ею заинтересуются — они предпочитали не обнаруживать себя без острой необходимости.

Её цель — пещера у подножия гор, она там уже когда-то была, пришло время посетить это место вновь.

Погоню королева почуяла раньше, чем увидела преследователя.

Предчувствие беды острым жалом кольнуло душу, и Её Величество невольно ускорила шаг, бросила взгляд на запястье, где блестел работающий артефакт, но, кажется, он сломался. Вдох-выдох, попытка успокоиться не помогла и она сорвалась на бег.