Этот мир не выдержит меня. Том 5

Вопрос только в том — чьи?

Глава 2

Я несколько долгих секунд обдумывал ситуацию, не спуская взгляд с Гвара. Парнишка, по-прежнему лежавший на земле, явно нервничал — он ёрзал и не знал, куда деть руки. Ничего удивительного, любой на его месте чувствовал бы себя не в своей тарелке.

— Соберись! — я щёлкнул пальцами прямо перед носом Гвара. — Как выглядели эти люди?

— Да как выглядели, — парень вздрогнул от неожиданности. — Люди как люди… Обычные, как все…

— Если они такие обычные, то зачем ты решил про них рассказать? — задал закономерный вопрос я.

Гвар шумно выдохнул и пожал плечами. Похоже, он сам до конца не понимал, для чего начал этот разговор.

— Соберись, — повторил я. — В них было что-то такое, что показалось тебе неправильным. Осталось только понять, что именно.

— Да не знаю… — уже в который раз произнёс Гвар.

Его взгляд скользнул в сторону, но я снова щёлкнул пальцами, чтобы сконцентрировать внимание парня на себе. Нельзя позволять ему разрывать зрительный контакт.

— Думай, — я не кричал, но говорил резко, отрывисто. — Вспоминай.

— Да не зна…

Хлёсткий, как выстрел, щелчок пальцами не дал Гвару закончить.

— Вспоминай.

Я нависал над лежащим на земле парнем. Всё происходящее не кисло давило на его психику, загоняя бедолагу в контролируемый мной стресс.

— Думай!

Взгляд Гвара остекленел. Мой собеседник ушёл в себя, однако погружение в глубины собственного сознания продлилось не очень долго. Его прервал очередной хлёсткий щелчок.

— Глаза! — испуганно выдохнул Гвар. Он, похоже, уже сильно пожалел, что поднял эту тему.

— Что «глаза»? — сразу спросил я.

— Глаза у них страшные были… — неуверенно пояснил паренёк. — Вроде улыбаются, смеются, а глаза холодные какие-то, как вода…

— И? — прищурился я. — Почему ты решил, что мне непременно стоит об этом узнать?

— А у тебя такие же иногда, — поёжившись ответил Гвар. — То как человек смотришь, а потом так зыркнешь, что аж нутро сводит, будто кто-то ножиком требуху в животе ворошит…

Что же, комплимент, конечно, сомнительный, но я понял, что он имел в виду. «Взгляд убийцы», как говорил иногда Сан Саныч. Каждый из нас есть продукт воспитания и обстоятельств, и когда обстоятельства вынуждают забирать чужие жизни, это не проходит без последствий.

— Какие-то другие особые приметы, кроме страшных глаз, у них были? — спокойно спросил я.

— Каки-таки приметы? — не понял Гвар.

— Шрамы, родинки, — быстро пояснил я.