Этот мир не выдержит меня. Том 5

— Пока тётушка Лэйла обуглится под этим прокля́тым солнцем? Если так, то ставлю селезёнку против горсти пыли — ждать осталось недолго!

— Миледи, уверен, вы будете очаровательны даже в том случае, если покроетесь аппетитной хрустящей корочкой, — улыбнулся Большой, спрятав болты в колчан.

— Заткнись, недомерок, — мимоходом бросила Лэйла и снова обратилась ко мне: — Маленький мой, если мы не отправимся в путь прямо сейчас, то я вернусь в кровать, и никто…

— Ты останешься здесь, — я перебил девушку и добавил, спокойно глядя ей в глаза: — Ты будешь ждать столько, сколько понадобиться.

— Ой-ой, — фыркнула Лэйла, но ослушаться не посмела.

Она уселась рядом с Фольки, нарочно ткнув рукоятью молота в бок северянина. Тот, впрочем, почти никак не отреагировал на весьма болезненный тычок — лишь стал храпеть в два раза громче и в три раза интенсивнее.

Замечание Лэйлы имело свой резон. Чем раньше отправимся в путь, тем больше времени останется на подготовку, когда прибудем на место. Однако в составе нашей «дрим-тим» всё ещё не хватало одного участника — человека без лица. А точнее, тех бойцов, которых он обещал прислать мне на подмогу.

Мой взгляд скользнул по площади у трактира, по окружавшим её домам и по примыкавшим к ней улицам… Никого.

Вернее, народу собралась целая толпа: зеваки, глазевшие на Усача с безопасного, как им казалось, расстояния, торговцы-коробейники, простые горожане, спешившие по своим делам… Людей было много, но никто из них даже близко не походил на тех, кого я ждал.

Странно. Пусть мы не короли, для которых точность — это синоним вежливости, однако опаздывать в нашем деле тоже не принято. Бойцы человека без лица уже давно должны быть здесь, и раз я не вижу их на улице, то вывод напрашивался сам собой. Они сумели проникнуть внутрь трактира.

— Кто-нибудь из чужих проходил? — спросил я у охранявших вход часовых.

— Не было чужих, — мотнул головой один из них. — Не велено чужих пускать…

— Разговаривать на посту тоже не велено, — хмуро произнёс я, припомнив строгие требования устава караульной службы.

— Так ить вы же сами спросили! — растерялся ответивший мне часовой. — Вы спросили — я ответил!

— Проехали, — я махнул рукой. — Значит, говоришь, не было чужих?"

"— Не было! Можете мне морду расквасить, если вру! Господин Марк всем сказал, что никого, кроме наших, в трактир пускать нельзя! У каждого входа-выхода люди стоят — всех чужих заворачивают.