Лиат душа Эсхейма

– Кто бы он ни был, мы его найдём и остановим, – ободряюще проговорил мужчина, в две секунды оказавшись рядом со мной, и, слегка приобняв, продолжил, – уверен, наш разговор во дворе замка он слышал и знает, что в Эсхейм я вернусь с отцом. Это должно подстегнуть тёмного к быстрым действиям.

– Осталось самое противное – ждать, – промолвила и чуть подалась к мужу, ощущая идущую от него силу и спокойствие.

Остаток дня прошёл тихо и без происшествий. Вечером я, Марен, Бергит и Ханна вновь собрались в мастерской, которая вернулась в наше единоличное пользование, и теперь можно было болтать без стеснения. Чем мы и занимались, правда, не отвлекаясь каждая от своей работы.

Марен поделилась первыми успехами на поприще пивных закусок. Бергит рассказала очередные деревенские сплетни. А Ханна, перед тем как мы собрались разбрестись по своим комнатам, вручила мне свёрток с приданым для малыша: вязаный пледик, шапочка, куртка и штанишки. Милые, крохотные вещички, но их цвет продолжал меня пугать, хотя я понимала, что чёрный и красный – цвета рода Эсхейм, однако для ребёнка хотелось более радостных и тёплых тонов в одежде."

"Поблагодарив девушку за подарок, я, сразу как вернулась в покои Рейнира, уложила приданое в самый дальний сундук, закопав вещи на его дно, и только тогда с облегчением вздохнула. Не знаю почему, но чёрный цвет меня вдруг стал угнетать, а на фоне поиска тёмного ещё и вызывать страх…

– Как успехи? – поинтересовалась, взглянув на вышедшего из тайного хода, уставшего, с залёгшими тенями под глазами и невыспавшегося мужа.

– Пусто, – коротко ответил, словно выругался, коннетабль, вот уже третий день как привидение бродящий по замку. Однако тёмный всё ещё не спешил появляться, и нас это порядком нервировало.

– Чувствую, он рядом, – сердито проворчал мужчина, смывая с лица грязь и паутину, – Ульф говорил, из замка никто не выходил, у пещеры тоже никого не видели, хотя Виллум рассказывал, что к нему наведывались раз в неделю.

– Значит, ещё не время, – произнесла, сама устав от ожидания, а от постоянного напряжения, даже от стука ложки о чашку, стала вздрагивать. Рейниру же было гораздо хуже, он должен был скрываться, искать, расставлять ловушки, но пока всё безрезультатно.

– На столе ужин, он ещё тёплый, – проронила, ободряюще улыбнувшись мужу, решив сменить неприятную тему разговора, и со смехом сказала, – Бергит удивляется, куда в меня столько вмещается, и пару раз заикалась о вреде лишнего веса.