Извращенные Эмоции

Что ты чувствуешь?

Нино медленно подошел ко мне и посмотрел так, словно я разрушила все, во что он верил. Он остановился прямо передо мной, стоя на две ступеньки ниже меня, так что мы были на уровне глаз, и я едва могла дышать.

— До тебя все было спокойно. Был порядок и логика.

Я вспомнила начало его песни, эту прекрасную композицию.

— А теперь? — я испустила хриплый выдох.

— Теперь, — прорычал он, и его лицо исказилось, — Теперь хаос.

Я сглотнула. Что мне было делать с таким откровением? Он испугал меня, обхватив ладонями мои щеки, приблизив наши лица, тяжело дыша мне в рот, его глаза были почти отчаянными.

— И ты хочешь вернуть спокойствие, — прошептала я.

Его брови сошлись на переносице, когда он посмотрел на меня. Он наклонил голову и поцеловал меня, мягко и медленно, ничего похожего на то, что я ожидала увидеть в его глазах.

— И да, и нет. Возможно. Я не знаю, — тихо сказал он. — К этому нужно привыкнуть.

И эта глупая надежда, что когда-нибудь Нино сможет ... Нино полюбит меня, снова поселилась в моем сердце.

НИНО

Римо с опаской наблюдал за мной, засовывая в багажник еще несколько пистолетов. Через несколько часов они с Фабиано уедут в Чикаго. Через полчаса мы встречались в Сахарнице, чтобы сделать последние приготовления.

— Я все еще думаю, что должен поехать с вами, — твердо сказал я. — Вы с Фабиано непредсказуемая комбинация в Чикаго.

— Фабиано знает об этой организации больше, чем кто-либо из нас, и ты должен убедиться, что здесь ничего не происходит. Ты можешь навести порядок, если мы с Фабиано не вернемся.

— Твои шансы вернуться увеличатся, если я поеду с вами.

— Последние две недели ты вел себя странно, Нино. Думаю, тебе лучше остаться здесь.

Я нахмурился. Я лучше справлялся с собой, и кошмары прекратились. Но я уже не был тем, кем был раньше. Этого нельзя было отрицать.

Римо тронул меня за плечо.

— Что происходит? Мне стоит волноваться?

— Я не такой, каким был раньше, — начал я, не зная, как описать ему то, что сам едва понимал. — Я чувствую. Это все еще борьба, все еще не то, что чувствуют нормальные люди, я уверен в этом, но это есть.

Римо стал очень тихим.

— Это из-за Киары?

Я кивнул.

— Благодаря ей. Она боролась с демонами своего прошлого и заставила меня понять, что я тоже был скован воспоминаниями, управляемый чем-то, что, как мне казалось, я оставил позади.

Римо отвернулся, ярость исказила его лицо."

"— Наша мать должна была умереть. Отец должен был убить ее после того, как вырезал из нее Адамо.