Музейный экспонат

Там-то все (правда, в сильно зашифрованном виде и удивительно косным языком) и описано! И даже методы борьбы предложены! Дочитав в свое время до места, где в качестве первоочередной и необходимейшей меры на полном серьезе предлагалось немедленно разогнать все вооруженные силы всех стран, заменив их ополчением «свободного народа», Никитин сплюнул и закрыл страничку. Даже и у бреда есть границы! Ну, во всяком случае, должны быть…

Но одно дело «диванные эксперты» и совсем другое — представитель серьезной конторы.

Тут, знаете ли, не до хихонек-хахонек, тут все сурово и конкретно. Посмотрев на прочих слушателей, внимавших словам Михайлова, капитан тоже не заметил среди них особого потрясения и чрезмерного волнения.

А какая, к свиньям, разница — с кем воевать?

Из Прибалтики эта фиговина пришла или из Сан-Франциско? Или из какой-нибудь там «центавры»?

Стреляет по нам?

Да.

Топит наши корабли?

Топит.

Значит — враг.

Лупит не только по нам — враг общий.

Раз понятны характеристики цели, значит, есть возможность выработать и тактику противодействия. Сегодня это старые пушки, завтра что-нибудь и поновее придумать можно. А пока будем воевать тем, что имеем."

"Этично это или нет, подумаем после, когда, булькнув, скроются под водой исковерканные снарядами надстройки «Наковальни». Вот тогда и только тогда можно будет вспомнить о человечности. Равно как и о прочих высокодуховных материях. Даже построить специальную сцену где-нибудь на набережной. Дабы сменяющие друг друга записные ораторы непрерывно с нее каялись. В чем? Они найдут… Билеты можно на это шоу продавать. Доход неплохой будет! А желающих раздирать на себе одежды, сожалея о «безвинно погибших братьях по разуму», в любой европейской стране как грязи! Даже и сейчас находились «особо продвинутые личности», которые, ничуть не смущаясь, выкладывали в Интернет координаты и фотографии спешно устанавливаемых береговых батарей.

«Надо прекратить встречать каждого гостя с оружием в руках!»

Их что, так до фига уже было?

«Тупая военщина только и ищет повода пострелять!»

«Геттисберг» открыл огонь только после второго попадания вообще-то… И после того, как еще не менее полудюжины снарядов подняли водяные столбы около борта.

Но крикунов это нимало не смущало. Они, и только они имели привилегию на правду!

Складывалось впечатление, что правительства многих государств впали в какой-то ступор.