Я заберу у тебя ребенка

Присаживаюсь на одно колено и долго пытаюсь убедить дочь, что мама и сестра скоро вернутся, но она не верит, плачет без конца, ее слезы делают меня беспомощным. Мне нужно искать Оксану и одновременно успокаивать дочь. Пульсирующая боль начинает разрывать виски, организм хочет сдаться, но я не имею на это права.

К счастью, мать берет себя в руки и приходит на помощь. Каким-то чудом ей удается успокоить внучку, а я, посмотрев на нее с благодарностью, намереваюсь броситься на поиски Оксаны, но меня останавливает Гульназ, робким голосом подзывая к себе и показывая какую-то бумагу. Изображение на ней кажется мне знакомым. Это же Геннадий Вересов, муж Оксаны. С удивлением смотрю на служанку.

— Я прибиралась в вашем кабинете и увидела мигающий огонек на факсе, там кончилась бумага, и я заправила новую. И вдруг стали появляться какие-то снимки. Я не знаю, что это такое, но решила показать вам. Вдруг это важно.

— Это важно, очень важно, молодец, Гульназ. Помоги моей матери присмотреть за Лизой. Мне нужно будет снова уехать. Звоните мне, если что.

— Госпожа не могла уйти, я в это не верю, — тихо говорит служанка. — Она вышла подышать свежим воздухом, когда девочка уснула. Была в домашней одежде. Они вместе с Лизой приняли ванну, — продолжает докладывать, а я внимательно слушаю. — Мне кажется, что ее могли похитить."

"Теперь я в этом не сомневаюсь. Осталось выяснить, кто похитил, люди Юсуповых или муж. Сминаю лист с изображением ненавистного лица и понимаю, что Вересов сел в машину и насмерть сбил свою жену, а потом скрылся с места преступления и изображал безутешного вдовца. Пытался подобраться поближе к Оксане, мерзавец. Подстроил, чтобы сестры встретились в детском лагере, предугадав мою реакцию. Гадкий паук раскинул свои сети на всё, до чего дотянулись его жадные лапы.

Интересно, какова его роль в исчезновении сестры? Скорее всего, он предупредил Валентину Вересову о нашем визите в перинатальный центр. Везде успел, везде подгадал.

Но почему Оксана уехала с ним? Куда смотрела охрана?

Спускаюсь вниз и вызываю старшего, устраивая ему выволочку и срывая на нем свой гнев. Заслужил. Но и я ощущаю неимоверный груз вины, который придавливает к земле. Не усмотрел, не обеспечил защиту, никого не смог уберечь. Хочется немедленно всех уволить, но разумом понимаю, что это ничего не спасет.

Она не знает, что Вересов — убийца, могла и добровольно пойти с ним. Не хочу в это верить, но усталость, нервы и страх диктуют различные версии.