Я тебя верну

Сама не понимала, чего хотела. Когда мы расстались и я в Ростов приехала, квартиру сняла, на работу устроилась. Один парень за мной начал ухаживать. Я... отказывала. А потом согласилась на свидание. Думала, получится тебя забыть. Прости меня. Я думала, так правильно будет.

Данил кивает.

— Я знаю. Видел, как ты с кем-то шла.

— Когда?!

— Я по делам приезжал. Ненадолго. Хотелось убить его. Но сдержался. Чудом каким-то, — Данил шутит. Наверное.

Жаль, что сдержался.

— Так что твоего мальчика я сейчас понимаю. И бить его не буду. Он свое защищает. Ревность — это горячее чувство.

Я дрожу. Мы так давно не говорили искренне. А раньше — часто. Он на машине возил меня в Омск на могилу отца, помогал убираться. Мы столько часов вместе провели... десятки часов. Столько всего обсудили! Кроме главного. Данил врал мне, кто он. Притворялся, будто беден. А потом бросил правду в лицо и оскорбил, когда я обрадовалась.

— Мы с ним повстречались недолго, — говорю я.

Дальше хочу сказать, что у нас с тем парнем были чувства, но они быстро прошли. Мы расстались. Я узнала, что беременна, а он к тому времени улетел учиться за границу. Но я приняла решение рожать.

Однако рот не слушается.

Эта легенда так часто была мною озвучена, что сейчас, по идее, должна по накатанной проскочить.

Данил садится ко мне спиной, опираясь на матрас. И я спускаюсь на пол. К нему.

Рядышком сижу теперь. Хорошо так. В нескольких метрах спит Мирослава.

— Он меня изнасиловал, — говорю я.

Данил напрягается, я чувствую движение слева и закрываю глаза. Никому об этом не рассказывала никогда, кроме врача в больнице.

— Уже всё в порядке, я это пережила. Не было какого-то ужасного кошмара, как показывают в криминальных драмах. Он позвал на праздник, я думала, там будет обычная вечеринка. Много людей, весело. Я трезвая была, честное слово. Не пила алкоголь. Но при этом было как-то дурно. Захотела уйти, он не пустил. Я поняла, что не вырваться. Поэтому затаилась, а когда он потерял бдительность, оттолкнула и бросилась бежать! Фух! Не понимаю, как удалось. Но я вылетела на улицу с чужой курткой и босиком! Так замерзла, пока неслась по городу несколько километров! Думала, пальцы отморозила, но ничего, отогрелась дома.

— Пздц, блть, — произносит Данил.

Я рот рукой закрываю. Он злится сильно. Интуитивно начинаю поглаживать его по плечу, успокаивая. Он дергается.

— Вот такая я глупая была. Больше никогда... ни в какие бары... ни на какие вечеринки... Только с Лёшей начала выходить. А так...